Читаем Не мешайте палачу полностью

– Карл Фридрихович, мне понадобится ваша помощь, но я обещаю, что это в последний раз. Я понимаю, что вам хочется покоя, вы устали от меня. Я ценю все то, что вы для меня когда-то сделали, а сделали вы немало. Это была трудная работа, и вы имеете полное право спокойно отдыхать от нее. И я прошу вас просто о личном одолжении, – мягко говорил Сауляк, стараясь не встречаться глазами с бывшим психотерапевтом. – Помогите мне в последний раз, и больше никаких заданий. Разумеется, ваша работа будет должным образом оплачена.

– Хорошо, – со вздохом согласился Рифиниус. – Я сделаю все, что нужно.

«С тобой надо заканчивать, – мелькнуло в голове у Павла. – Отработаешь в этот раз – и все. Конец».

* * *

Банкетный зал гостиницы «Россия» сверкал и переливался огнями, причем с первого взгляда трудно было точно определить, что сверкало больше: хрустальные люстры или бриллианты, которыми были обвешаны с ног до головы присутствующие дамы. Происходящее здесь событие было связано с нефтяным бизнесом, который, как известно, влечет за собой много крови и смерти, но зато тем, кто остается в живых, приносит огромные доходы.

Олег Иванович Юрцев был на этом мероприятии почетным гостем, ибо многие из собравшихся здесь когда-то одалживали у него деньги на то, чтобы начать собственное дело. Более того, он по своей инициативе предложил устроителям презентации оплатить проезд и трехдневное пребывание в Москве некоторым зарубежным бизнесменам, не чуждым страсти к халяве. Сами они не стали бы тратить деньги на то, чтобы здесь поприсутствовать, а для многих их приезд был бы весьма полезен как с точки зрения престижа, так и для закрепления деловых и дружеских отношений.

Публика в зале была вся проверенная, поэтому телохранители сюда не допускались, и без них не протолкнуться. Юрцев, стоя перед богато накрытым столом, с удовольствием поедал изысканные закуски, то и дело отпивая дорогое белое вино из узкого высокого бокала. Организаторы презентации, следуя моде, устроили фуршет, чтобы дать присутствующим полную свободу общения. Справа от него стоял смуглый плотный человек с четко очерченными выпуклыми губами – бизнесмен из Арабских Эмиратов, прикативший сюда на деньги Юрцева, а слева – красивая дама лет тридцати пяти, судя по выражению лица – деловая женщина, вероятно, референт какой-нибудь крупной фирмы. Разумеется, в Москву Олег Иванович привез свою любовницу, но на банкете ее не было: за час до выхода из гостиницы они в очередной раз поссорились, после чего Юрцев ушел, хлопнув дверью. Теперь было самое время присмотреть себе объект для ухаживаний, чтобы не выглядеть белой вороной, поскольку все приглашенные мужчины были с дамами. Красивая соседка Юрцева не привлекала, он вообще не любил деловых женщин, считал их хорошими партнерами по бизнесу, аккуратными, обязательными и лишенными страсти к глупому риску, но полагал, что для флирта, даже самого невинного, они не годятся. Очень уж мужской у них характер, легкости нет, порочности и избалованности, а Юрцев больше всего любил именно таких молоденьких птичек-куколок, легкомысленных и капризных.

Юрцев поставил свою тарелку и с бокалом в руке стал не спеша прохаживаться по залу, то и дело улыбаясь и раскланиваясь со знакомыми. Был у него и деловой интерес, но с этим Олег Иванович решил не спешить. Пусть нужный ему человек расслабится, поест досыта и выпьет побольше, а уж потом Юрцев обсудит с ним кое-что важное. То и дело взгляд его останавливался на длинных точеных ножках или стройной оголенной спине какой-нибудь куколки, и он лениво прикидывал, не увести ли ее в сторонку, чтобы развлечься пустой и ни к чему не обязывающей болтовней, но потом решал, что, пожалуй, поищет еще. В какой-то момент ему вдруг стало не по себе, даже холодок по спине пробежал. Он быстро огляделся по сторонам, но ничего такого не заметил и успокоился.

Через некоторое время его втянул в беседу старый знакомый, работающий в московском представительстве американской нефтяной компании, но спустя минут десять Юрцев неожиданно подумал: «Что за идиот! И чего я на него время трачу…» Он поймал себя на том, что даже не слушает, о чем ему говорят. Вежливо извинившись, он сделал вид, что ему срочно нужно подойти к кому-то в другом конце зала, и отошел.