Читаем Не герои полностью

Я ушёл на веранду покурить и подумать. Надо ли уточнять, что за мной пошли все кроме Марселлинн и Олега? К концу дня он обрёл прозвище «Олька»– за общую мимимишность и откровенно не мужской характер. Тогда на складе Хромого он пытался преодолеть как-то этот недостаток, но, как вы помните, потерпел неудачу и решил больше этим не страдать. Тем более, команде это было по барабану, а шуточки мы отпускали по любому поводу, так что смысл перековываться? Аришка, конечно ворчала, что одну проститутку заменили на другую, но скажем открыто: ни проституцией, ни просто блядством, ни даже отжигами в стиле Лерочки наш телепортист больше не занимался. Ориентация, а также гендер, оставались вопросами открытыми, но да не похер ли?

– Ну что? – спросил я Яну. – Наверняка Клык тебя обижал? Отомстим ему? Или просто выбьем информацию и отпустим?

– Давай по ситуации, – отмахнулась она.

– И кто нас всех туда доставит? – озаботился Стас. – Я после вчерашних разборок ещё в себя прихожу.

– Не парься. Отдыхай. Мы телепортиста опробуем. Тут дело простое, надо посмотреть, как он себя поведёт. Полин. Ты с нами не идёшь, отдашь шлем Олегу.

– А я могу отдать ему свои трусики, – тут же вставила Яна.

– Лучше я, – перебила её Полина. – Во-первых, у тебя они чёрные, ему не подойдут, а во-вторых, жопа толстая.

Даже я не решусь процитировать, что на это сказал Стас. А говорил он минуты три, и всё это время держался на уровне загиба Петра Великого. Потом махнул рукой, перелез через перила веранды и пошёл в своё кафе. Подальше от этих чокнутых баб. Впрочем, Полинка, когда осознала, что на дело мы её и правда не берём, отправилась туда же.

Когда я вернулся, озвучил порядок действий.

– Идём, я, Марселлинн, Олег и Яна. Остальные отдыхайте. Кстати, парень, тебе что нужно для перемещения в пространстве?

– Отчётливо представлять место. Но с этим проблемы редко бывают. Кстати, можно просто показать фотографию объекта— перемещусь без проблем.

– Клуб «Грязные игры» знаешь?

– Ага. Хромой там часто бывал. Какие-то дела они через него проворочивали.

– Давай тогда ко входу. А, и шлем нацепи.

Мы экипировались, и каждый из нас коснулся Олега. Он закрыл глаза, чуточку напрягся— и вот мы уже стоим у дверей «Грязных игр». Да, тот самый, который на улице Леонарда Коэна находится. Здесь вообще мало что изменилось с тех пор, как я подобрал Яну. Всё так же грязно, серо, тоскливо. А, и вон дохлую крысу ручей уносит в канаву. Двери грязные и обшарпанные, внутри клуб не лучше. Поэтому туда и приходят закидываться наркотиками. Чтобы не видеть этой серости и грязи, хотя бы немного. Ладно. Нечего на улице торчать, двигаем. На входе скучает охрана,– ну да, ещё же день, основная движуха тут начнётся через несколько часов, как стемнеет. Впрочем, сегодня может и не начаться. Как поговорим.

– Знаете, кто мы? – обратился я к охране.

Два бугая схватились за пушки. Идиоты. Хотя, да, репутация у нас та ещё. Вернее, только попытались схватиться, как были сметены Марселлинн. Минуту мы ждали, пока Арина закончит превращать их в отбивные, и только тогда вошли внутрь, вынеся двери. В зале были тишина и спокойствие, и как, я и сказал, серые обшарпанные стены и пустота, потому что день. Народ сюда подтягивается ближе к вечеру.

– Где кабинет Клыка? – Спросил я у Яны.

– Наверх, второй этаж, третья дверь слева.

– Ты забыла, что я амбидекстер, не различаю право и лево? Рукой покажешь, как поднимемся.

Быстро взбираемся по бетонной лестнице. Здание, конечно, хоть и грязное, но основательное. Интересно, что здесь было раньше? Может быть, какой-нибудь завод? На втором этаже также пусто. И охраны, кстати, у кабинета тоже не было. Хотя, да… Клык вряд ли ожидал, что мы его так быстро найдём. Хотя, опять же, его могло сейчас не быть на месте. Но мы его застали. И не одного, а походу дела, с помощниками. В количестве трёх штук. Думаю, говорили они за поставки наркоты, поэтому так нервно похватались за оружие. Марселлинн сразу взяла их в оборот, схватив сначала двух и вынеся их сквозь стену в соседнюю комнату, а потом вернулась за третьим, который особо и не сопротивлялся, видя прохождение сквозь стену. Наш телепортист тоже опешил, но похер.

– Клык? – уточнил я, хотя и было понятно, что он ибо фото я посмотрел.

Бандит молчал, хмуро уставившись на меня тёмными глазами. Скулы на его лице говорили о восточных корнях, но чистым азиатом он не был. Скорее всего, по маме, но это не важно. В бандитском мире Великоуральска, как и по всему городу, царит полный интернационал. Этнических банд тут не любят. Оно и понятно: тут коренным место мало. Уголовник изогнул губы в недоброй усмешке, обнажив верхний ряд зубов, один из которых, изогнутый, был больше остальных в полтора раза. Тогда понятно, откуда погонялово такое.

– Ты знаешь, кто я, ты в курсе, что я убил Вервольфа. А ты убил члена моей команды, и я хочу знать: какая сука тебе её сдала?

Игра в молчанку продолжалась. Странно. Я раньше не замечал такого упрямства у урок. Вообще все эти «омерта», «своих не сдаём»– это всё для кино. В реале бандиты топят друг друга за милую душу.