– Ох. Давно это было. Ещё до гражданской войны на бывшей Украине.

– За год до войны. Помнишь, что ты им пожелал?

– Конечно! Чтобы их училище под землю провалилось!

– Так вот… я специально узнавал.

– Что такое?

– Во время боёв там как-то украинская артиллерия обстреляла город, что-то повредила, какие-то подземные коммуникации…

– Да не тяни ты резину! – возмутился я, хотя уже понял, к чему он.

– Ну, я же в этих всех военных делах не разбираюсь, я не милитарист, как ты помнишь. В общем, из-за этого повреждения здание музыкального училища действительно провалилось под землю.

– Ну вот, сука, охуеть теперь, – задумчиво протянул я. – А ведь я тогда ещё и некромантом не был, а как качественно сглазил! Ох. Слушай, Валер, правда, спасибо. Настроение ты мне поднял… Ладно, а сам чего такой невесёлый?

– Да так, – отмахнулся он. – С любовниками проблемы. Ты в курсе, что этот твой Гарри меня бросил?

– Извини, только недавно узнал.

– И ладно бы ушёл к кому моложе, а то нашёл себе старого хрыча какого-то!

Я лишь помычал.

– Это всё пустое. Антуан. Ты главное пообещай мне… нет поклянись. Чем у вас принято клясться?

– Силой, дарованной тёмными богами. Эту клятву вообще невозможно нарушить.

– Тогда клянись, что если я умру, то ты не будешь меня воскрешать!

– Ладно тебе. Что за некрофобия?

– Клянись!

– Да пожалуйста! – с этими словами я произвёл небольшой обряд клятвы. В тот момент я списал это на обыкновенную фобию, ничего не поняв…

– Давай о деле, – я постарался отвести разговор от неприятной темы. – Ты узнал что-то про тех ублюдков со сверхспособностями?

– Да, совсем немного. Вот посмотри. Примерно семь человек. Появились при разных бандах, предлагая свои услуги. Кто-то посмеялся, а кто-то и принял всерьёз. Вот тебе список.

– Спасибо Валер, – я потрепал его за плечо. – Ты настоящий друг.

– Ничего. Мне не трудно. Только такая просьба, Антуан… ты не присылай больше свою жену, а? Я её побаиваюсь.

– И правильно! Марселлинн резкая и немного гомофобка. Слушай, может теперь просто посидим, поговорим?

– Да не проблема… Я давно хотел тебя позвать, а то ты всё занят и занят… – и опять я не заметил в глазах Валеры какой-то странной грусти.

Мы неплохо пообщались в тот вечер. И я даже вернулся домой почти трезвый. А потом почти выспался. Так что лекцию в Гросс-Норденбург я отправился читать во вполне приподнятом настроении.

Post Scriptum

Я понимаю что всех интересует куда делся Арнольд, и вообще его можно победить? Отвечаю по порядку: хер его знает, и хер его знает. Я вообще ещё нескоро узнал что он за тварь и откуда на наши головы свалился. Помните же, Учитель мне выдал крайне скудную информацию в своих записях, а судя по этой роже про него можно целый роман написать. Хотя лучше оперу. Кстати, наверняка же вам интересно про кого или что я ещё проклял. Было дело, да. Одного известного музыканта. Ну из тех кого называют «певец ртом», не голоса, ни слуха, зато гонора – у реальных суперзвёзд, которых знает весь мир такого нет. Но проклял не сильно и специфично. Пожелал в сердцах, чтобы он этим ртом не только ел и пел, но ещё и сосал. Вот да, поняли уже чем всё закончилось. Его карьера на эстраде прям в гору пошла, потому что наши музыкальные продюсеры, кто не геи, те пидорасы. Впрочем ещё об одном проклятии я расскажу в следующей главе. Тоже боком мне вышло. Некоторые категории граждан, скажу я вам, как-то очень специфично подвергаются проклятьям некромантам. Это чиновники, менты, судьи, депутаты, деятели шоу-бизнеса и священники РПЦ. Что меня печалит, разумеется, но ничего поделать нельзя.

История четырнадцатая. Лекция в Универмаге

Марселлинн меня растолкала в шесть утра. Я сильно матерился, просыпаясь. Странно, как мне вообще удалось уснуть, учитывая свой обычный режим дня? Правда, как выяснилось, зря, потому что девять часов в Гросс-Норденбурге – это одиннадцать часов у нас. Архимаг, диверсант проклятый, то ли сознательно ввёл нас в заблуждение, то ли сам запутался. Я тоже, кстати, иногда путаюсь, в какую сторону надо время считать. Не знаю почему. Возможно, потому что я амбидекстер, хотя причём тут право и лево? В общем, четыре часа я провёл с толком, даже набросал некоторые тезисы. Подумал, что неплохо было бы посоветоваться с учителем, но отогнал эту мысль как вздорную. Лучше уж сразу развоплотиться. Чтобы не мучиться. Сходил в морг за материалом. Гарри выдал то, что нужно, и добавил, что лучше это не возвращать, а если само попытается вернуться, то пристрелить.

В десять часов за нами явился телепортист. Он робко постучался в дверь и стоял на крыльце, переминаясь с ноги на ногу, а когда сзади раздался голос Марселлинн: «Придурок, вот же звонок рядом!», нервно дёрнулся, обернулся, попытался перекреститься, но испуганно замер, затравленно глядя на мою подругу. Дверь за его спиной со скрипом открылась, и в проёме показался великий и ужасный я.

– Нервный он какой-то, получше кого не могли прислать? – Недовольно сказал я супруге. – Так, смотри, с перепугу промажет, и вместо Гросс-Норденбурга, окажемся где-нибудь в Метрополисе.