Читаем Не герои полностью

Легенду эти засранцы слепили – конфетка. По ней Ишмуратов выходил поставщиком секс-рабынь для борделей стран Ближнего Востока и Магриба. Юным девственницам он давал препараты, от которых они казались мёртвыми и так далее, понятно по тексту. В общем, руководству больницы мы мозги запудрили и с тем отбыли, забрав Полину, сказав, что теперь она под защитой государства, а то мало ли что. И ещё дали им подписать бумагу о молчании и неразглашении, напоследок напугав страшными карами и террористами. Может, конечно, слухи и поползут, но главное, чтобы до настоящих гебистов не дошло. Одна надежда, что это Земля Горя, на которую всем насрать.

Стас обхватил одной рукой Полину, а другой Марселлинн и они исчезли за горизонтом. Да, девочка пока поживёт у нас, мало ли что. Я проводил их взглядом и спустился в морг к Гарри.

– Поход в гей-клуб откладывается? – уныло уточнил он.

– Ни в коем разе, – отмахнулся я, – Теперь уж тем более, после таких приключений мне надо выпить.

Оставив нашего мортуса недоумевать над моей фразой, я свалил на поиски некроманта. В этом мне помогал вернувшийся Стас, который доставил девчонок до дома.

Первым делом мы наведались на квартиру Сулейманыча, но там его не было, и прождав два часа, поняли, что теперь и не будет. Впрочем, я на всякий случай свернул шею летавшему рядом голубю и оставил уже мёртвую тушку дожидаться конкурента. Птичка чирикнет, если что.

Вторая точка, где мог быть наш клиент, как ни странно, была в центре и называлась приёмной Якова Рабиновича, мэра Великоуральска, если кто забыл. Какое может быть общее дело у нормального, православного, русского националиста Яши Рабиновича и некроманта Ишмуратова, я так и не понял, да он здесь и не появлялся. Некромант, в смысле. Рабинович активно торговал рожей, комментируя какое-то событие.

Вот так мы сидели на лавочке со Стасом, общались и курили до вечера. Я многое узнал про него, а он про меня. Ну, про это как-нибудь потом, а пока я двинулся к моргу, чтобы заехать с нашим орангутангом в гей-клуб, который стоял на Восточной окраине Горного района, в самом конце улицы Леонарда Коэна, то есть был ближе к нашему дому, а не к центру города.

Шалман это конечно был ещё тот. И приютился он не в очередной многоэтажке, а в каком-то скучном, квадратном, двухэтажном здании. В прошлой жизни, вероятно, это был какой-то склад. Сейчас там гуляли весёлые любители однополой любви и прочих извращений. Но у него был бонус, о котором позже. Естественно, не было никаких вывесок – обшарпанная дверь, вход только своим. На последний факт, как вы понимаете, мне было насрать, и я спокойно просочился внутрь, захватив с собой смущающегося Гарри и оставив позади себя обгадившуюся охрану. Ибо нефиг пытаться некроманта останавливать.

Сделав несколько кругов по большому залу, соединённому с танцполом, я понял, что что-то не так. Остановился. Осмотрелся. Прокашлялся и сообщил во всю глотку:

– Граждане пидорасы! Я, конечно, безмерно уважаю ваши убеждения, но если бы будете так сладострастно пялиться на мою, безусловно красивую, задницу, то я глаза повыкалываю, ибо я не по этой части! Я поговорить кое с кем пришёл.

– А он может, – послышался со стороны барной стойки немного манерный голос. – Так что делайте, что он говорит!

– Ага, – подтвердил я. – А чтобы вы не скучали, вот вам тоже красавец мужчина, и при этом невинен, как дитя. Наслаждайтесь!

С этими словами я аккуратно прошёл к стойке. Народ уважительно расступался.

– Антуан, чертяка! – радостно приветствовал меня бармен, по совместительству и владелец клуба – Валерий. А можно и Лерочка. Он не против. – Я знал, что ты не дашь себя убить каким-то банальным уголовникам.

– И тебе привет, Лерок! – я радостно расплылся в улыбке, пожимая руку старому другу и похлопывая его по плечу. – Чем угостишь?

– Что-нибудь голубенькое подойдёт? – оскалился бармен, покачивая бутылку с каким-то непонятным пойлом.

– Не, я не пью жидкость, которая мне напоминает стеклоочиститель, принципиально. Бейлис есть?

– Для тебя – всегда. И как же ты, суровый гетеросексуал, пьёшь такие сладенькие ликёрчики?

Мы так шутливо пикировались минут десять. Лерочке много чего позволено, ибо он действительно мой старый друг, которого я знал ещё с института. И он мне даже помогал клеить девушек.

Вот представьте себе сцену в обычном баре. Дело происходило ещё в Среднеокске, но вообще могло быть в любом из городов нашей необъятной Родины. Парень и девушка сидят, мило общаются. Потом парень дарит девчонке серьги, а та возмущается и кричит на весь бар, что серьги с бриллиантами меньше трёх каратов она считает оскорблением и, залепив пощёчину, уходит. Женская половина бара сочувствует несчастному парню, которому повстречалась такая стерва, а те, кому и меньше трёх каратов нормально, с удовольствием его утешат. И как утешали! А на утро получали эти серьги, и я навсегда исчезал из их жизни, так и не узнав, как они отреагируют на известие, что в серьгах не бриллианты, а банальные стекляшки, да и металл – не золото.