Читаем Не герои полностью

Тяжёлый разговор прервали Гарри и Яна, вывалившиеся покурить на веранду. Дома курение запретила Марселлинн. Она вообще такая поборница здорового образа жизни. Чем, честно говоря, меня уже достала. Впрочем, в подвале Яна могла плевать на её запреты, но его пока ремонтировали, так что курить вся наша компания бегала на веранду, а курили мы все, кроме, разумеется, моей любимой.

– Я даже не представлял, что наш начальник знает так много матерных слов и может их так виртуозно использовать в многоэтажных конструкциях, – смеясь, закончил он историю.

Яна слабо улыбнулась, и это означало, что ей просто пиздец как смешно. Ну, она у нас изначально эмоционально неразвитая была, потом наркотики и новая теперь жизнь добили её окончательно, так что она стала выглядеть какой-то заторможенной.

– Ты про сегодняшний труп в морге? – я отошёл от Стаса, давая понять, что разговор закончен.

– Ага, про неё. Прикинь. Так и не выяснили, какой врач из больницы наверху написал в заключении про перелом шеи и отправил девушку к нам.

– А у вас что?

– Да её даже не смотрели особо. Сам знаешь, вчера много кого привозили. Ну так вот, наш начальник с главврачом больницы разругался вдрызг. Вообще, что у нас живое тело в холодильнике оказалось,– это общий косяк.

– Да вы бы это не заметили до тех пор, пока тело вскрывать не начали.

– А мы и не начали бы. Там ещё лежал документ типа завещания, что вскрывать запрещено…

– Топорная работа. Шито белыми нитками. Если бы стали проверять…

– Кто? Ты знаешь, сколько нам жмуров привозят каждый день? Не надо, так не надо. Никто заморачиваться не будет.

– Раз на раз не приходится, – заметил я. – Потому нам и нужно выловить этого активиста броуновского движения, что контору, сука, палит. Я пока не хочу никуда из Великоуральска уезжать.

– Я тебе вот что скажу, – возразил Гарри. – Искать надо кого-то из больницы, потому что он слишком хорошо знаком с порядками нашего морга.

Я тоже закурил и, не став возражать, посмотрел на Яну.

– Ты поищи этот случай в видениях. Может, какое лицо и всплывёт.

Она кивнула, а потом неожиданно спросила:

– А можно мне тоже пойти с вами? Посмотреть на жатву?

Я удивился, но причин отказывать девушке не нашел.

И вот настал Великий День, к которому мы так готовились и нихрена не были готовы, по уверению Стаса, бывшего Антона. Точнее, Великая Ночь. Да, так будет пафоснее, с учётом моей нынешней специальности.

В общем-то, «Золотой телёнок» – заурядный клуб, каких много на Земле Горя. Стоит на всё той же многострадальной и большой улице Леонарда Коэна, но не с краю, а посередине, на пересечении с улицей Борьки-алкоголика. Не знаю точно, кто это,– вероятно, какой-то местный алкаш, чем-то прославившийся; вполне возможно, что и название это неофициальное, а реальное какое-нибудь пафосное и многострочное. Всё равно таблички тут были сорваны ещё лет пять назад, потому что цветмет. Программа самого клуба простая, как я не знаю что: алкоголь, наркотики и стриптизёрши-проститутки. Ничего особенного, но собиравшимся здесь бандитам большего и не надо было. Итак, все заняли свои места. Основная тусовка собралась внизу, сдвинув столики, и умеренно выпивала. Начальник областного отдела по борьбе с наркотиками смеялся над какой-то шуткой, которую ему рассказывал бритый налысо тип. И вот именно под его прикрытием ручеек наркотиков, шедший транзитом через Великоуральск, вырос до размера Суэцкого канала. Дальше кто у нас? Депутат, борец за нравственность молодёжи. Спонсор всех церковных мероприятий, в прошлом году предлагал лишать гражданства женщин, которые потеряли девственность до брака. Он ни с кем не выпивает: он сам по себе. И да, в его сферу входит производство порнографии, в том числе и детской. И ещё много разных личностей, которые довольно цепко держали в своих руках управление городом и этим несчастным районом.

Короче говоря, в этот вечер клуб работал только для них, так что господам не имело смысла лезть в ВИП-ложи. Зато там расположился Стас, не со снайперкой, правда, а с транквилизаторным ружьём. Зачем нам в трупах ненужные пули? От огня на поражение одни проблемы: маскировать под несчастный случай тяжело. Рядом с ним сидела Яна, медленно приходящая в себя от последнего трипа. Кстати, ничего такого, что меня интересовало, она не увидела. То есть что там за тело мы откопали в морге и кто девушку в холодильник запихал. Зато выдала очень странную фразу: те, кого все считают мёртвыми, на самом деле живы и скоро встретятся на моём пути. Покойники – вообще моя специальность, но вот только смущало слово «все»: кто эти «все» и кого они считают мёртвыми? Странно, одним словом. Но всё потом. Пока вернёмся к нашим баранам, кои тут присутствовали в количестве сорока человек, считая телохранителей.