Читаем Не единственная полностью

…Все произошло быстро, но для Эдора с Аньис этот миг стал вечностью. Он сделал шаг к ней, заключая в объятья, наклонился и поцеловал соленые от слез губы. Среди адского кошмара, среди сотен красных глаз, устремленных на них.

И в сладком обретении потонуло все. Адская мощь, что вот-вот уничтожит мир, удивленные вопли высших, фигуры архоа на постаментах…

Вот почему ее тоже тянуло к Эдору.

Вот что значит быть Сокровищем.

Не только она Сокровище для него.

Но и он ее, Аньис, Сокровище.

Эдор.

Бесконечная близость. Равенство. Взаимопроникновение. И страстная нежность, полная бережного обладания.

Были только они двое, Сокровища друг друга. Величайшая драгоценность друг друга. Единственное в мире чудо.

И полная тишина вокруг.

* * *

Они не видели и не знали, что в тот момент, как Аньис коснулась его руки, голубое с золотыми нитями сияние — любовь дракона и его Сокровища — устремилось из сердца каждого из них. Окутало, разрослось, превратилось в облако и начало заполнять все вокруг. И сметало все, что стояло на пути: высокие голосящие фигуры, бросившиеся в их сторону, всполохи огня и черные молнии…

Не видели, как оно столкнулось с огненно-черной массой, вылетевшей из рук Крааха, смешалось с ней, и она ударила обратно, в Трех. Краах и Двое других упали на колени, сжимая головы руками, потом скорчились на полу, подергиваясь. И затихли.

Не видели, как Рональд на секунду исчез с постамента, а потом снова появился — без цепей, свободный, рядом с Ингорио.

И как с последней мелкой судорогой Крааха ад пошатнулся. На потолке с грохотом раскрылись огромные трещины, сотни камней полетели вниз, бурными потоками потекла лава.

Ад рушился, грозя погрести под собой всех, кто оставался жив.

* * *

— Потом закончите, — вдруг услышала Аньис знакомый глубокий голос. Немеряная сила оттащила ее от Эдора. Что-то мелькнуло перед глазами, и вот, глупо моргая, она стоит на зеленой траве под голубым небом. И смотрит в улыбающееся лицо своего мужа. Эдор был здесь же, по другую сторону от Рональда. Он разделял их, как скала — два озера.

— Все-таки сломали мне игру, дети! — весело сказал он. — Еще бы на пару секунд позже, и у меня бы получилось!

— Что? — спросил Эдор. Он удивленно моргал, как будто только проснулся. — Если бы вы пришли чуть позже, я бы успел закончить и узнал, кто подсовывал Крааху стратегические решения, — спокойно продолжил Рональд. — Но ваш сюрприз в конце был хорош! Поздравляю, Хранитель Эдор, ты справился! — он обернулся и тепло коснулся плеча архоа.

— Так ты специально там оставался? — послышался голос Ингорио. Аньис оглянулась — рядом на траве сидели Ингрит с Каем и еще трое темноволосых архоа, а Ингорио по очереди касался их, чтобы влить целительной благодари бессмертных.

— Отец! — видимо, Эдор наконец «проснулся» окончательно и кинулся к родителям.

— Да, — ответил Рональд. — И если Эдор и Аньис могли не понимать до конца, но ты-то должен был осознавать, что я в любой момент могу уйти в другой мир.

— Я думал, они как-то заблокировали это, — кажется, Ингорио, по-настоящему смутился. — Такое ведь уже бывало в твоей жизни… Ты рассказывал.

— Но это не под силу маленькому местному аду, — усмехнулся Рональд. — И все же… Спасибо! — улыбнулся он.

И в этот момент окончательно очнулась Аньис. Похоже, она любит двоих мужчин и ей предстоит выбирать. Ведь это обретение в аду — несравненное и непонятное — значит, что в ней есть любовь к Эдору. Но все это позже. Сейчас ей было ясно только одно.

— Так ты в любой момент мог освободиться! — она сделала шаг к Рональду, размахнулась и ударила его по лицу… — Как ты мог! Я так волновалась за тебя!

Краем глаза Аньис заметила, что это вызвало усмешку у Эдора. Что ж, подумалось ей… И прежде, чем Рональд успел ответить, она быстро подошла к Эдору и отвесила пощечину и ему.

— А ты продал в ад моего мужа! Ты ничем не лучше!

Аньис знала, что им даже не очень больно. Они ведь не люди. И знала, что ей за это ничего не будет. И да, все просто рассмеялись. Даже измученные Кай с Ингрит улыбались, глядя на нее.

— Хорошая девочка, — сказала Ингрит Каю. — С характером! К тому же водный дракон, по сути…

В этот момент неодолимая сила подняла Аньис в воздух — Рональд взял ее на руки, и она утонула в любимых черных глазах.

«Люблю. Обоих», — пронеслось в голове.

— Я знаю, — мысленно ответил ей Рональд. — Но выбирать будешь потом. Когда вернемся в наш мир. А пока… я все еще твой муж.

Небо над головой сменилось — стало зеленым, он поменял мир и начал ее целовать. Все было как раньше. Бесконечная сладость и нежная, всепоглощающая любовь. Он снова касался ее души, и душа не хотела ничего другого. Лишь где-то на отдалении маячил образ дракона и несравненного взаимопроникновения, что было им дано. На отдалении, но неотвратимо.

Рональд поставил ее на землю, обхватил ладонями ее лицо и долго смотрел, словно изучая. Из глаз неуправляемо потекли слезы, и он, как раньше, собирал их большим пальцем, ласково касаясь кожи.

— Что ты делаешь? — улыбаясь сквозь слезы, спросила Аньис.