Читаем Не было печали полностью

Все на экране замерли, будто кто-то вдруг нажал на кнопку «Пауза» на пульте. Лишь движущийся за окном транспорт свидетельствовал о том, что время не остановилось. Да еще секундная стрелка часов Харри, согласно которой прошло десять секунд. Стине нажала на кнопку под стойкой. С жужжанием сработал электронный замок; низенький распахнул дверь и прижал ее коленом к стене.

— У кого ключ? — спросил он. — Живее, мы не можем ждать весь день!

— Хельге! — не оборачиваясь, позвала Стине.

— Что? — откликнулись из приоткрытой двери единственного во всем помещении кабинета.

— К нам пришли, Хельге!

В дверях появился мужчина в очках, с галстуком-бабочкой.

— Хельге, эти господа хотят, чтобы ты открыл банкомат, — сказала Стине.

Хельге Клементсен тупо уставился на одетых в комбинезоны мужчин; к тому времени оба они уже были за стойкой. Высокий бросал нервные взгляды на входную дверь; низенький пристально, не отрываясь, смотрел на управляющего отделением банка.

— О да, разумеется, — смущенно выдавил из себя Хельге Клементсен, словно только что вспомнил о давно забытой договоренности.

Харри замер, стараясь не упустить ни малейшей детали происходящего; глаза его жадно ловили каждое движение, отмечая даже крохотные изменения мимики. Двадцать пять секунд. Продолжая фиксировать время по часам над входной дверью, угловым зрением он все же видел, как управляющий отделением отпирает банкомат, достает оттуда две продолговатые металлические кассеты для денег и передает их мужчинам. Все происходило быстро и в полном молчании. Пятьдесят секунд.

— А это тебе, папаша! — Невысокий извлек из своего кейса две точно такие же кассеты и протянул Хельге Клементсену. Судорожно сглотнув слюну, управляющий кивнул, взял кассеты и вставил их в банкомат.

— Приятных выходных! — пожелал низенький, с удовольствием потянулся всем телом и взял свой чемоданчик. Полторы минуты.

— Эй, послушай-ка, не спеши, — остановил его Хельге.

Невысокий замер.

— А квитанция-то?

Повисла пауза. Некоторое время вошедшие молча смотрели на щуплого седого управляющего, затем, как по команде, рассмеялись. Смех был тоненький, громкий, с визгливыми, чуть ли не истерическими нотками — ни дать ни взять наркоманы.

— Ты что, серьезно думал, что мы так и уйдем? Вот просто так отдадим тебе два миллиона без всякой квитанции?!

— Ну-у… — замялся Хельге Клементсен. — На прошлой неделе один из ваших чуть было не забыл.

— Сейчас в инкассации столько новеньких. — Низенький и Клементсен поочередно расписались в квитанции, и каждый взял себе по копии — желтой и розовой соответственно.

Дождавшись, когда инкассаторы выйдут, Харри снова отметил время. Две минуты десять секунд.

Сквозь стеклянную дверь он видел, как белый инкассаторский автомобиль с фирменной эмблемой «Нордеа» отъехал от здания филиала банка.

Разговоры в помещении возобновились. Харри мог бы и не пересчитывать всех тех, кто в этот момент находился внутри, однако он все же сделал это. Семь человек. Трое за стойками и трое перед ними, включая младенца, а также парень в брюках от рабочего комбинезона, который только что вошел и встал у столика в центре, чтобы переписать номер счета в платежную квитанцию, выданную, Харри это знал, туроператором «Саги Сульрайсер».

— Адьё, — попрощался Август Шульц и зашаркал в направлении выхода.

Часы показывали 15.21.10. Вот тут-то все и началось.

Харри заметил, что, когда дверь открылась, Стине Гретте встрепенулась было, но тут же снова углубилась в чтение своих бумаг. Затем она опять подняла голову, на этот раз значительно медленнее. Харри перевел взгляд на входную дверь. Вошедший мужчина расстегнул молнию своего глухого комбинезона и достал продолговатый оливково-зеленый предмет с вороненой вставкой, оказавшийся не чем иным, как автоматической винтовкой AG-3. Темно-синяя шерстяная шапочка скрывала все лицо мужчины, за исключением глаз. Харри снова начал отсчет от нуля.

Совсем как у куклы, шапочка зашевелилась в том месте, где должен был находиться рот:

— This is a robbery. Nobody moves.[1]

Говорил он негромко, однако в тесном помещении его слова прозвучали подобно пушечному залпу. Наступила мертвая тишина. Харри посмотрел на Стине. Мужчина передернул затвор винтовки — звонкое клацанье хорошо смазанных механизмов заглушило далекий шум автомобильных моторов. Левое плечо Стине еле заметно опустилось.