Читаем Наживка полностью

– Если попробуем закрыть дело Арлена Фишера, основываясь лишь на своих заключениях без надлежащих доказательств, то осудим их без суда, – заявил Малкерсон. – И я не собираюсь уговаривать общественность верить нам на слово, что три старых добрых столпа общества, пережившие ужасы концентрационных лагерей, а впоследствии погибшие в нашем городе, были на самом деле шайкой серийных убийц.

Макларен махнул рукой:

– Ну, так не закрывайте. Оставьте навечно открытым.

– Тоже не выйдет, – заметил Лангер. – С момента закрытия дел об убийстве Гилберта, Клебер и Шулера дневник Джеффа Монтгомери станет общедоступным, а там подробно описано убийство его отца в Брайнерде этой троицей. Все сразу выйдет наружу, нам сильно нагорит за то, что не довели расследование до конца.

Малкерсон тронул пальцем пушистую бровь.

– У прессы будет праздник. Журналисты мечтают о таких историях. Скрывающиеся нацисты разгуливают у всех на виду, в городе действует мстительный еврейский эскадрон смерти… О Миннеаполисе долго будут на всех волнах толковать, причем главными действующими лицами окажемся мы. И не только в местном масштабе. Как только слух разнесется, на наше управление обрушится ураганный огонь глобальных средств массовой информации.

Макларен так глубоко ушел в кресло, что голова почти исчезла за письменным столом.

– Значит, получим взбучку, если закроем дело Арлена Фишера, и получим, если не закроем.

– Именно так, детектив.

– Очень хорошо. Лангер, дай шефу свой пистолет. Пускай он всех нас перестреляет, а потом сам застрелится.

– У меня есть другой вариант. – Что-то мелькнуло в глазах Малкерсона, возможно, он подумывал улыбнуться в ближайшие полгода. – Если дело передать ФБР, в нашем управлении оно будет официально закрыто. Все вопросы будут адресоваться специальному агенту Полу Шаферу. Мы уже не сможем ни с кем его обсуждать. Ни с правоохранительными органами, ни с Интерполом, ни с журналистами. У нас будут связаны руки, джентльмены.

Детективы один за другим начали расплываться в улыбке впервые за последние двадцать четыре часа. Все, кроме Джонни Макларена, который смотрел на Малкерсона с нескрываемым восхищением.

– Шеф, вы самый хитрый сукин сын на планете.

– Благодарю вас, детектив Макларен.

Когда он был уже у стола Глории, его окликнул Джино:

– Эй, шеф!

Малкерсон остановился на полушаге, но не оглянулся.

– Обеими руками голосую за синий костюм. В траурных случаях какому-нибудь обыкновенному Джо и черный сгодится, но для человека в вашем положении, пожалуй, чересчур драматично. Снова попали в самую точку.

Шеф Малкерсон сначала вышел в коридор и только потом улыбнулся.

Через двадцать минут детектив Аарон Лангер вошел в кабинет шефа, клавшего телефонную трубку. Судя по виду, Малкерсон был на редкость доволен собой.

– Пол Шафер с большой радостью услышал, что мы наконец признали дело Фишера выходящим за рамки наших скромных возможностей, – сообщил он.

Лангер улыбнулся:

– Что вы ему сказали, сэр?

– Абсолютную правду. Полицейское управление Миннеаполиса неспособно раскрыть дело такого масштаба.

– По-моему, неотразимо.

– Именно. Он уже едет за документами. Лично.

– Значит, дело Арлена Фишера у нас закрыто?

– Совершенно верно.

– Хорошая новость, шеф. – Лангер вытащил пистолет, выщелкнул обойму, положил его на стол дулом вперед.

Малкерсон вытаращил глаза на оружие, а потом на значок, который детектив выложил рядом с ним.

– Разрешите сесть, сэр?

– Конечно.

Лангер опустился на стул, глядя в окно, потому что не мог смотреть в глаза шефу. Давно уже не мог.

– В тот момент, когда меня известили по телефону, где можно найти Эдди Старра, Марти Пульман сидел за моим столом. Я записал адрес и вышел из кабинета.

Малкерсон ждал с застывшим лицом, с непроницаемым выражением.

– Он слышал разговор. Знал, чей это адрес. И я знал, что он знает. Поэтому оставил листок на виду и ушел.

Малкерсон опустил глаза на отпечаток пальца на полированной крышке стола, гадая, кому он принадлежит.

– О чем же вы думали, детектив Лангер, скажите на милость? – тихо спросил он.

– Точно не знаю, сэр. Может, что надо дать Марти заслуженный шанс выколотить дерьмо из убийцы жены, прежде чем мы до него доберемся. Может, в глубине души догадывался, что он на этом не остановится. Честно, не знаю, да это и значения не имеет. Главное то, что я, глядя на труп Эдди Старра, сразу все ясно понял, черт побери. Пусть курок спустил Марти, но это я ему предоставил возможность, отойдя в тот день от своего стола.

Малкерсон слегка прокашлялся:

– Детектив Лангер, я никогда не поверю, что вы специально толкнули Марти Пульмана на убийство.

Лангер криво улыбнулся: