Читаем Наживка полностью

– Не то слово, – ухмыльнулся Макларен. – Получается, что сорок пятый калибр, который чуть не отстрелил руку Арлена Фишера, сильно жареный. В Интерполе за ним куча дел. Засветился в Йоханнесбурге, в Лондоне и Париже, в Праге, еще где-то…

– В Милане и Женеве, – подсказал Лангер.

– Правильно. Так или иначе, у третьего канала есть источник информации в ФБР, разнюхавший связь с Интерполом, и репортеры просто взбесились. Международный заговор внутри страны и прочая бредятина.

– Что думаете? – спросил Магоцци.

Лангер пожал плечами:

– Те самые убийства Интерпол от порога считал заказными. Шесть за пятнадцать лет – семь, считая Арлена Фишера, – и все вроде бы совершил один киллер из одного и того же оружия. Входит и выходит бесследно, нет ни свидетелей, ни вещественных доказательств, кроме пули в голову.

– Арлен Фишер не получил пулю в голову, – напомнил Магоцци.

– Очень хорошо. Конечно, оружие может бродить по свету и без стрелка – скажем, выбросил пистолет после очередного убийства, потом кто-то его подобрал, – но Интерпол надеется, что стрелок один, а Арлен Фишер убит по неким личным причинам. У наемных убийц нет обычая насмерть замучивать незнакомых людей.

Магоцци кивнул:

– Получается, киллер знал Фишера.

– Теоретически – да. Может, они где-то пересекались, и, если отыскать связь, можно будет вычислить убийцу.

– Постойте, ребята, – изумленно улыбнулся Магоцци, – вы намерены вычислить парня, который находится в международном розыске?

– Здорово было бы, – ухмыльнулся Макларен. – Нас сразу розами закидают. Одно плохо: Интерпол требует ФБР привлечь к следствию. У них большой зуб на того самого киллера. Шеф Малкерсон их притормаживает, пока мы не проверим шестерых заокеанских жертв и не отыщем связь с Фишером. Кстати, – он протянул бумажку Лангеру, – вот та самая фамилия из одних согласных. Я ее определенно не выговорю.

– Может, он понимает английский.

– Что толку, если я не могу его к телефону позвать?

– Ладно, ладно. – Лангер взял листок. – Тогда в Париж звони. Наверняка там из вредности притворяются, будто не говорят по-английски.

– Можно подумать, Макларен говорит по-французски, – хмыкнул Джино.

– Свободно, – улыбнулся в ответ Лангер.

– Не верю.

– Романскими языками я хорошо владею, – пояснил Макларен, – а славянские диалекты сплошная жуть.

Он просеменил к своему столу, принялся нажимать кнопки, набирая очень длинный номер. Джино с Магоцци разинули рты, слушая, как Джонни лопочет на языке, безнадежно непонятном для них обоих.

– Невероятно, – пробормотал Джино. – Я всегда думал, что Макларена взяли к нам просто за смазливую мордашку.

– Кстати, а вы что тут делаете? – поинтересовался Лангер.

Джино и Магоцци угрюмо на него посмотрели. Оба вымотались, пали духом, может быть, были даже немного испуганы вышедшими из-под контроля событиями.

– Не стало еще одного старика, – признался Магоцци.

Лангер опешил.

– Издеваетесь.

– Хотелось бы, – мрачно заметил Магоцци. – Застрелен в собственном доме, восемьдесят семь лет, на руке татуировка.

Лангер со страдальческим вздохом отвел глаза, покачал головой:

– Что за чертовщина у нас тут творится?

– Говорящие головы с телеэкрана тоже интересуются, – проворчал Джино. – Ты смотрел новости в шесть, а нас показывали в десять. Разжевали и выплюнули.

– Мне надо позвонить, – сказал Магоцци, направившись к столу. Джино кивнул, но пошел за ним вместе с Лангером.

– Кто убит? – спросил Лангер.

– Некий Бен Шулер. Слышал когда-нибудь?

Лангер покачал головой:

– Вроде нет.

– Хороший знакомый Мори Гилберта.

Лангер вздернул брови:

– Значит, нашлась ниточка?

– Может быть, самый кончик, но только между Шулером и Гилбертом. Роза Клебер по-прежнему остается загадкой. Мы вчера разговаривали с ее родней, искали какие-то ниточки к Мори, ничего не нашли. Лео сейчас хочет выяснить, знала ли она Бена Шулера. Может, тогда удастся всех вместе связать. – Он взглянул на напарника, который, прижав трубку к уху, покрутил головой, ткнул большим пальцем вниз. – Или не удастся.

Магоцци завершил разговор, подкатился в кресле на колесиках к столу Лангера. Вид у него, вопреки ожиданиям Джино, был вовсе не безнадежный.

– Родные Розы Клебер никогда не слышали про Бена Шулера.

– Я так и понял, – сокрушенно кивнул Джино.

– Но мне кажется дьявольски странным, что в нашу цепочку убийств укладывается каким-то образом дело, над которым работают Лангер с Маклареном…

– Вот этого не надо, – встрепенулся Джино. – Мы и так надрываемся, стараясь связать три убийства, а ты собираешься прицепить к ним еще одно? Слушай, Лео, мы уже об этом думали и в первый же день выбросили эту мысль на помойку. Убийства абсолютно разные, жертвы тоже.

– Джино, они все старики, причем трое, если считать Арлена Фишера, жили в одном районе.

Лангер смотрел на Магоцци, подпирая рукой подбородок.

– Оружие не совпадает. Типы жертв не совпадают. У вас евреи, сидевшие в концлагере, а у нас лютеранин.

Магоцци сморщился и почесал в затылке.