Читаем Научи меня дышать полностью

– Не смеши. Мы оба знаем, что Вика достанет тебя и на другом конце света, если ты так поступишь.

Наш громкий смех заглушает раскат грома, эхом доносящийся сквозь горы.

– Пошли, в машине все расскажешь. – Макс кивает куда-то в сторону.

– Не мог припарковаться поближе? – Я прикрываю шею воротником куртки.

– Сдрейфил? – в его голосе звучит вызов.

– Разве такое возможно? – Оттолкнув друга, сжимаю в пальцах ручки сумки и выбегаю под дождь.

Ледяные капли бьют в лицо, а в ботинках тут же начинает хлюпать вода. Но в эту секунду жизнь уже не кажется такой ужасной, как десять минут назад.

– Как всегда, жульничаешь. – Макс отключает сигнализацию.

Мы забираемся в машину, и я взъерошиваю волосы, стряхивая с них воду.

– Просто у тебя с реакцией плохо, как и всегда, – отшучиваюсь я.

В нос ударяет мятный аромат, заполняющий салон автомобиля, а в глаза бросается идеальная чистота: на приборной панели не видно и пылинки. Ни капли не удивлюсь, если он опоздал из-за чистки салона. Когда я приезжал в последний раз, Макс водил старенький «Фольксваген» и даже не думал его продавать.

– Неужели ты поменял машину? – Я обвожу взглядом салон новенького черного «БМВ».

– Пришлось, старушка уже была на последнем издыхании. – Он заводит автомобиль и выезжает с парковки. – Но она навсегда останется в моем сердце.

Макс театрально прикладывает руку к груди. Я смеюсь. Он нажимает на педаль газа, машина набирает скорость, и рев мотора заполняет салон. Стоит нам выехать на главную трассу, ведущую в город, как стрелка спидометра доходит до ста двадцати километров в час.

– Если повезет, успеем проскочить пробку и не опоздаем в клуб.

Он обгоняет одну машину за другой, параллельно переключая музыку, и лишь изредка притормаживает на поворотах.

– Как обычно, устраиваешь шикарную вечеринку? Выпивка, музыка, а напоследок десерт? – Я поигрываю бровями.

Пусть я не смог присутствовать ни на одной из них, но, судя по публикациям в социальных сетях, Макс каждый раз устраивает фееричное шоу: бар ломится от выпивки и, конечно же, обилия девушек.

Назовите меня засранцем, но первое, на что я обращаю внимание, – прекрасный пол. Разве может вечеринка считаться шикарной, если на ней не будет сексапильных цыпочек, желающих завершить вечер парочкой оргазмов?

– Ты вроде как уже поел сладкого? – Макс хохочет.

– У меня никогда не было проблем с сахаром. – Я небрежно пожимаю плечами.

Макс закатывает глаза и переключает скорость работы дворников.

– Кстати, в этом году всем занимается Мира.

Нет, этот день все же будет отстойным.

Я рассчитывал отдохнуть, размяться после полета и хорошо провести время с другом, но никак не сидеть и слушать очередное нытье его подружки.

Обреченно вздохнув, откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза.

Возможно ли такое, что он хоть на день забудет про эту чокнутую девчонку?

– Да ладно тебе. Мира знает, как устраивать вечеринки, – с энтузиазмом заявляет Макс. – Не забыл? Она руководит моим клубом уже три года.

– Это еще не значит, что она не загубит все сегодня.

– Мне не терпится увидеть твое лицо, когда ты переступишь порог клуба. – По голосу слышу, что он улыбается.

– А мне не терпится увидеть твое, когда я уйду через полчаса после начала. – И это я еще оптимистичен.

– Ставлю сто баксов, что, как только они заиграют, ты не захочешь уходить, – в голосе Макса звучит вызов.

Открыв глаза, поворачиваюсь и бросаю на него скептический взгляд.

– Ставлю двести, что я уйду буквально через пять минут.

– Прощайся с деньгами. – Он поигрывает бровями.

Я, конечно, понимал, что раз какое-то время живу у Макса, то поневоле придется сталкиваться с Мирой, но все-таки рассчитывал оттянуть этот момент.

Если вам кто-то говорит о скуке, просто представьте тихоню, забившуюся в самый дальний угол комнаты с гитарой в руках. Такие девушки обычно зациклены на книгах, носят мешковатые вещи, и, если им сказать «привет», они становятся краснее самого спелого помидора.

Сколько себя помню, Макс только и говорит о «своей Мире». Какое-то время я даже думал, что друг не на шутку влюбился. Хотя во что именно, я не особо понимал: короткие, завязанные в тугой хвост волосы, отрешенный взгляд и худоба до такой степени, что даже через одежду видны все кости. Поэтому я старался пропускать мимо ушей все, что Макс говорил о ней. Клянусь, каждый наш разговор сводился к «святой Мире».

Поерзав, отодвигаю сиденье назад, чтобы немного вытянуть затекшие ноги.

– Ну что, твоя подружка сдалась или у вас до сих пор эти ваши сестринско-братские отношения? – спрашиваю я, изображая пальцами кавычки.

Не могу удержаться и не задать этот вопрос.

Макс фыркает:

– Слушай, я устал повторять. Мира мне как сестра, и я никогда не пересплю с ней. – Он искоса смотрит на меня из-под нахмуренных бровей.

– Может, она тебя просто отшила, а ты боишься признаться? – подначиваю я.

– Мира права, ты идиот, – говорит он недовольно, но на лице мелькает легкая улыбка.

Я смеюсь.

– Ладно-ладно, не бесись, я просто спросил. – Поднимаю руки в свою защиту. – Значит, я могу познакомиться с ней поближе.