Читаем Научи меня дышать полностью

Откидываю плед и встаю с кровати. По телу прокатывается волна усталости, и приходится бороться с собой, чтобы не лечь обратно в постель. Клуб сегодня откроется только к обеду, репетиции нет, и, кажется, весь оставшийся день у меня свободен.

Привожу себя в порядок и устраиваюсь на кухонном подоконнике с кружкой кофе и планшетом. Пролистываю страничку клуба в социальных сетях и изучаю кучу отметок со вчерашней вечеринки. Поразительно – кто-то умудрился залезть на барную стойку и устроить танцы, далеко выходящие за рамки дозволенного в нашем заведении.

– Милая пижамка. – От внезапно раздавшегося мужского голоса я подскакиваю и едва не падаю с подоконника, отчего кружка опрокидывается и заливает теплым кофе не только мои ноги, но и планшет.

– Дерьмо! – Я вскакиваю на ноги и хватаю со стола полотенце в жалкой попытке спасти свой новенький гаджет, но, похоже, это бесполезно: он весь залит кофе.

Мне даже плевать на пижаму и то, что я толком не получила свою порцию кофеина.

Подняв голову, устремляю свирепый взгляд на источник всех бед. Возможно, я утрирую, но меньше чем за сутки Богдан делает все, чтобы вывести меня из эмоционального равновесия.

И, судя по всему, его это нисколько не волнует. Привалившись плечом к дверному проему, он делает глоток воды из бутылки и смотрит на меня веселым взглядом. Его темные волосы влажные от дождевых капель, как и серая футболка, обтягивающая крепкую грудь. Под мокрой тканью отчетливо видны сильные мышцы, перекатывающиеся от каждого движения. Поднимаю взгляд и натыкаюсь на наглую ухмылку. Его будто забавляет происходящее.

– Я смотрю, ты уже с утра в прекрасном настроении, – усмехнувшись, Богдан качает головой.

– Ты очень наблюдателен.

– Нравится то, что видишь? – Он игриво подмигивает.

– Прости?

Он серьезно подумал, что я рассматриваю его из каких-либо пошлых побуждений? А мне-то на мгновение показалось, что в нем есть капля здравого смысла.

– Ах, ты об этом. – Мило улыбнувшись, хлопаю ресницами, как его вчерашняя пассия. – Конечно, я в таком восторге, что едва стою на ногах.

Наверняка он привык, что девушки прыгают в его постель, стоит ему только выйти на улицу. Что ж, мистера «от-меня-слетают-трусики» ждет разочарование. Максимум, чего он от меня дождется, – билет на самолет в один конец.

Кажется, нам придется тесновато в одной квартире, учитывая масштабы его эго.

– А ты мне нравишься, Колючка. Нам будет весело. – Оттолкнувшись от стены, он подходит к холодильнику и собственнически его открывает.

– Боюсь, у нас с тобой немного разное понятие данного выражения.

– Что на завтрак? – Он не обращает внимания на мой выпад.

– То, что ты сам себе приготовишь.

– Ты в курсе, что очень гостеприимная? – Склонив голову, он постукивает пальцами по дверце холодильника.

– Конечно. Только на днях получила награду «Лучшая домохозяйка года».

Когда прохожу мимо него, в спину прилетает громкий и раскатистый смех.

Быстро вымывшись и просушив волосы, кидаю испорченную пижаму в стиральную машинку. Надо прикупить что-то более закрытое, чтобы не получать каждый раз подобные комментарии.

Переодевшись, возвращаюсь на кухню. Макс уже сидит за столом, прижимая ко лбу прохладный стакан с водой.

– Мне так плохо, – стонет он, пытаясь поднять голову, но безрезультатно.

– Как насчет того, чтобы в следующий раз остановиться на паре бокалов, а не выпивать всю барную карту? – Включаю кофеварку и ставлю кружку на стол.

Макс хватается за голову и сыплет проклятиями в мою сторону. Да, возможно, я сделала это слишком громко, но давайте начистоту: этот засранец заслуживает гораздо большего наказания, нежели головная боль.

– Ой, прости, тебе все еще плохо? – Я отодвигаю стул, и ножки мерзко скрипят по плитке.

– Я тебя ненавижу, – хрипит Макс.

– И тебе доброе утро. – Улыбнувшись, наливаю себе новую порцию кофе и устраиваюсь на прежнем месте.

Только сейчас до меня долетает приятный запах выпечки и яичницы. Дернув головой, смотрю на Богдана, который раскладывает по тарелкам булочки, источающие такой сладкий аромат, что рот моментально наполняется слюной. Сколько я пробыла в ванной, что он успел все это приготовить, и откуда, черт возьми, он взял выпечку?

Заметив мой взгляд, он опять нагло ухмыляется, а я, состроив ему недовольную рожицу, достаю из шкафа термокружку и переливаю в нее остатки кофе.

– Завтрак готов, – объявляет Богдан и ставит перед Максом большую тарелку с яичницей, беконом и свежими булочками.

Друг оживляется и, потирая руки, хватает вилку.

– Ты же никогда не ешь по утрам, – замечаю я.

Он мотает головой и запихивает в рот еду.

– Ты просто не ела стряпню Богдана. – Причмокивая, Макс облизывает нижнюю губу.

– Поверь, от твоего вида у меня пропал аппетит. – Закручиваю крышку термокружки и направляюсь к выходу из кухни. Надо побыстрее убраться из дома, пока Богдан опять не выдал что-нибудь едкое.

– Боишься, отравлю? – прилетает в спину очередной насмешливый вызов. – Я, между прочим, оббегал весь злосчастный городок в поисках свежей выпечки.

Богдан ставит еще две тарелки, даже не уточнив, буду ли я завтракать. Самоуверенно.