Читаем Нацисты полностью

Зеленка участвовал во многих убийствах в Литве, однако отрицает, что когда-нибудь бывал в Бутримонисе. Но даже если не он сам, то это такие же, как он, из литовской армии расстреливали соседей-евреев Ривы Лозанской, которой в последний момент едва удалось сбежать.

После расстрелов в Бутримонисе Рива стала испытывать отвращение к односельчанам, наживавшимся на исчезновении евреев. Она вспоминает, что, как только ее и других евреев увели на казнь, многие из местных жителей бросились грабить их дома. «Даже жены двух священников едва не подрались друг с другом из-за вещей», – рассказывает она. Также Рива узнала, что одна женщина из местных помогала раздевать евреев перед расстрелом, чтобы забрать себе их одежду. «Белье, как ее об этом ни просили, не разрешила оставить. Не дала пропасть добру… – рассказывает Рива. – Когда пришли русские, ее дети надевали в кино ту самую одежду, иногда даже вещи раввина».

Все время немецкой оккупации Рива и ее мать жили в постоянном страхе, что кто-нибудь донесет на них. «Многие тогда доносили властям о тех счастливчиках, которым удалось сбежать, – рассказывает она. – Даже те, кто всегда по-доброму относился к таким, как мы. Один еврей пришел как-то к своим знакомым, русским, надеясь, что они позволят ему пожить у них некоторое время. Сначала его даже накормили, но затем пришли полицейские и отвели его на казнь вместе с остальными. В то время так делали все, потому что хотели нажиться на смерти евреев – ведь все считали, что у них полно золота… И откуда только взялись эти слухи о несметных богатствах? Евреям ведь точно так же не хватало еды, не было даже картошки».

Рива Лозанская всю свою жизнь искала ответ на вопрос, который терзал в свое время и Самюеля Вилленберга в Треблинке: за что? «Прошло уже пятьдесят лет, а я до сих пор не понимаю, как люди могли сотворить такое. Я всегда верила в то, что все люди – разумны, я любила и уважала людей. Но после того, что я видела… То, что делали немцы, не поддается никаким разумным объяснениям. Они ведь представители развитой культурной нации, у них такая прекрасная литература – Гете, Шиллер, Гейне…» Даже несмотря на то, что евреев Бутримониса расстреляли литовские солдаты, она больше винит в этом немцев. «Именно они – причина всех наших несчастий. Литовцы никого из наших не убили до прихода немцев».

Бесчисленные убийства, организованные нацистами в первые месяцы оккупации Литвы, были зарегистрированы в так называемом «Отчете Егера». Согласно этому отчету, с середины августа 1941 года число убитых евреев, особенно женщин и детей, резко возрастает. До 15 августа дети ни разу не упоминались среди жертв казней, но к концу августа в списке убитых значатся уже тысячи несовершеннолетних (только в Расейнском районе в период с 18 по 22 августа было убито 1609 еврейских детей)¹².

Август 1941-го стал поворотным моментом в истории массового истребления евреев. Конечно, женщины и дети и раньше гибли в гетто от болезней и голода, но это было иное. С этого времени они превратились в конкретную цель хладнокровных массовых убийств.

На эти изменения повлияли многие факторы. Для нацистов решающую роль сыграла чисто «практическая» причина: после истребления евреев-мужчин возникла необходимость кормить этих, так называемых, «нахлебников» С точки зрения нацистов, было невообразимо содержать этих людей за счет германской армии.

Идеологические факторы также имели место в принятии этого решения. В июле Гитлер объявил, что хочет создать для немцев «рай земной» на Востоке, и, подразумевалось, что в этом новом нацистском рае нет места евреям. (Не случайно убивать всех евреев, включая женщин и детей, Гиммлер приказал после нескольких июльских секретных встреч с Гитлером с глазу на глаз; без одобрения фюрера подобное решение было бы невозможно.)

Нельзя, однако, делать вывод, что именно тогда и была принята вся программа нацистского «окончательного решения еврейского вопроса», охватывающая миллионы евреев Европы. Возможно, один документ действительно предполагает связь между двумя этими событиями, но он не настолько является решающим, как кажется на первый взгляд.

Тридцать первого июля Гейдрих получил за подписью Геринга документ следующего содержания: «Согласно предписанию от 24 июля 1939 года Вам поручено осуществить наиболее выгодный в настоящее время вариант решения еврейского вопроса в форме эмиграции или эвакуации. В дополнение к этому я передаю Вам полномочия провести все необходимые приготовления для организации экономического и материального обеспечения окончательного решения еврейского вопроса в Европе на территориях, подконтрольных Германии». В контексте этого документа особенно важна дата: Геринг наделил Гейдриха соответствующими полномочиями в этом вопросе, как раз перед тем, как нацисты стали убивать на Востоке еврейских женщин и детей.