Читаем Нация прозака полностью

День, когда я встретила Морта Джанклоу – насколько мне известно, наследного принца, отличного парня, блестящего агента и мастера в сочинении разгромных-но-странным-образом-воодушевляющих писем (некоторые из них мне стоит поставить в рамку), был главной удачей моей жизни. Он был первым человеком, который рассмотрел, в какой хаос я превращаю свою карьеру, и объяснил, что все можно делать иначе. Морт из тех людей, кто действительно встанет на твою сторону, когда говорит, что встанет на твою сторону. Он обладает удивительным даром говорить, что все будет хорошо, даже когда это очевидно не так, а потом, потому что он так сказал, все волшебным образом становится хорошо. Как ему это удается? Мне не хватит слов, чтобы за все его отблагодарить. А еще мне очень повезло, когда Лидия Уиллс стала моим агентом. Я в восторге от Лидии. Она может договариваться об отличных сделках (даже с теми, кто едва говорит по-английски), давать проницательные редакторские комментарии и хорошие советы и при этом даже находить время, чтобы просто посплетничать и побыть классной девчонкой, с которой всегда весело. У нее восхитительный вкус в том, что касается обуви. Но, самое главное, ее терпение и энтузиазм, как и готовность в любое время дня и ночи отвечать на мои истеричные звонки и даже одалживать мне квартиру, чтобы я могла работать над книгой, когда казалось, что ничто другое не поможет, значат для меня очень много.

Houghton Mifflin – чудесный издатель, и я должна поблагодарить Джона Стерлинга за возможность стать там «своей»; Джейн Яффе за редактуру и за то, что у нее есть целых две копии «Справочника терапевта»; Роберта Гровера за то, что помогал Бетси, за дружбу и за его оригинальную концепцию математических дробей; Кена Карпентера за то, что он маркетинговый гений и просто отличный парень, единственный известный мне житель Нью-Йорка с камуфлированной видеокамерой; Питера Страппа за будущие головные боли; Кристину Коффин, которая позволила этой катастрофе случиться; Бекки Сайкиа-Уилсон за работу под давлением; Мелоди Уэртлет за великолепное оформление этой книги; Дебби Энгель за тепло, интерес и энтузиазм; Хилари Лифтин за щедрость, доброту и возможность запрыгнуть в последний вагон; и многих других людей в этой компании, с которыми мне еще только предстоит познакомиться поближе, но которые были добры ко мне и помогали. «Дженклоу и Несбит» заставили меня заново поверить в институт литературных агентов, поэтому наряду с Лидией и Мортом я должна поблагодарить Эрика Симонофф, Марию Галлахер, Эйлин Годлис, Беннетт Эшли и всех, кто там есть, за то, что сделали эту фирму лучшим и квалифицированным соратником, о котором мог бы мечтать любой автор. Отдельно хочу поблагодарить Эми Гайп за невероятную обложку этой книги, и Мэрион Эттлингер (самую крутую сорока-с-чем-то-летнюю на Земле) за то, что девушка на фотографии автора выглядит такой, какой я хотела бы быть.

Согласно учению раввинов, каждый раз, когда Бог злится так сильно, что хочет уничтожить мир и положить всему конец, на этой планете находятся тридцать три чрезвычайно праведных человека, ради которых нам можно дать еще один шанс. Я уверена, что Гейл и Стэнли Роблз – одни из тех праведников. И, без сомнения, они самые классные среди всех родителей моих друзей. Они разрешили мне пожить в их домике в солнечной Флориде, чтобы я могла спокойно работать, хотя они даже не видели меня никогда. Я до сих пор не понимаю, почему они были так невероятно добры, но я точно знаю, что благодаря этому поступку мир стал казаться более счастливым и уютным местом. Их сын, Питер Роблз, был мне чудесным другом, и я навеки благодарна ему за то, что он свел меня со своими родителями. Я также хочу поблагодарить его за все ужины, приятные разговоры и классно проведенное вместе время, пусть мне и приходится выбегать из комнаты каждый раз, когда он начинает разговор фразой вроде: «Все дело в том, что Стравинский…»