Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

Кэмпбелл вернулся к своим офицерам и согласился, что если у Форреста окажется "от 8 000 до 10 000 солдат, то пытаться удержать укрепления будет хуже, чем убийство". Взяв с собой артиллерийского офицера, он "объехал всю линию Форреста, тем самым убедив себя и сопровождавшего меня капитана, что у него не менее 10 000 человек и девять артиллерийских орудий". Оба федеральных офицера получили это впечатление о непреодолимой силе в результате типичных маневров Форреста. Мортон вспоминал, что Форрест сам взял их на экскурсию и лично провел большую часть обмана, указав на разобранную кавалерию как на пехоту, на конников как на кавалерию и на две артиллерийские батареи; неизвестно для федеральных офицеров, каждый из этих элементов затем был показан еще несколько раз на разных участках поля, "пока все место не стало казаться кишащим энтузиазмом войск и ощетинившимся пушками".7

В течение трех часов Кэмпбелл растягивал переговоры, надеясь на прибытие подкреплений Грейнджера из Декатура, но в конце концов Форрест отказался дать ему больше времени. Сдержав бригаду Келли и захватив около 700 федеральных солдат из Декатура в трехчасовом бою (в котором подполковник Джесси Форрест был так тяжело ранен в бедро, что выбыл из строя до конца 1864 года), Кэмпбелл сдал войска, находившиеся в блокгаузе. К захваченным блокгаузам добавились еще два, расположенных неподалеку, оба к югу от Афин вдоль дороги на Декатур. Один из них капитулировал, как только его попросили, другой - после того, как артиллерия Мортона умело произвела три выстрела в щели между покосившимися дубовыми бревнами, убив и ранив нескольких находившихся внутри федералов.8

В последнем, как вспоминал позже Мортон, офицер немецкого происхождения сначала отказался сдаваться, заявив эмиссару Форреста, чтобы тот немедленно возвращался в свои ряды, иначе федералы "прострелят твою чертову голову с плеч!". Форрест, разгневанный таким ответом, "некоторое время доводил атмосферу до синевы ", в какой-то момент спросив у подчиненного, не хочет ли федеральный офицер, чтобы его "взорвали[.] Что ж, тогда я его взорву. Устройте ему ад, Мортон, так горячо, как только у вас получится". После того как вторым выстрелом Мортон убил и ранил нескольких федералов, из иллюминатора блокгауза в 300 ярдах от него высунулась белая ткань, и Мортон приказал прекратить огонь. "Продолжай, Джон, продолжай", - запротестовал Форрест. "Это было хулиганство. Продолжайте!" Когда Мортон указал на ткань, выплывающую из иллюминатора, Форрест угрюмо ответил, что не видит ее. "Продолжайте стрелять", - добавил он. "Чтобы привлечь мой взгляд на таком расстоянии, понадобится полотнище". Вскоре защитники принесли больший белый флаг, и Форрест разрешил им сдаться.9

Всего под Афинами Форрест захватил "1300 офицеров и людей, 38 повозок, 2 санитарные машины, 300 лошадей, два поезда, груженных четвертьмастерскими и магазинами, большое количество стрелкового оружия и 2 артиллерийских орудия". Капитуляция Кэмпбелла вызвала резкое неприятие как у начальства, так и у подчиненных. Бригадный генерал Джон Старквезер (John Starkweather) из Пуласки, штат Теннесси, сообщил, что это было сделано "к моему отвращению и отвращению всего его [Кэмпбелла] командования", а документ, осуждающий это, подписал тридцать один офицер под командованием Кэмпбелла; они заявили, что только два офицера из них посоветовали сдаться, и что ни у одного из них не было людей в блокгаузе.10

Пока федералы оценивали вину, Форрест отправил своих пленных и трофеи на юг, к Флоренции, и продолжил движение на север вдоль железной дороги к Пуласки, захватывая и сжигая блокгаузы по пути. Первые два были сданы быстро после того, как он отправил с требованиями о капитуляции офицера Союза немецкого происхождения, который сначала отказался, а затем умолял сдаться к югу от Афин; "его описание [артиллерийской атаки Мортона на его крепость] произвело эффект, ради которого его и взяли с собой".11

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное