Читаем Наследница полностью

– По-моему, вы несколько романтизируете Отбор.

Она удивленно подняла брови:

– А где бы мне найти тридцать пять парней, готовых каждый божий день сражаться за меня?!

– Честно признаться, Отбор – страшно тяжелый труд, – попыталась разуверить я мисс Уоррен. – Конечно, мы стараемся сделать из этого увлекательное шоу, но канитель с парнями жутко изматывает.

– Что я смело могу подтвердить, – поддержала меня мама. – И не важно, выбираете вы или выбирают вас, это тяжело. Взлеты непременно сменяются падениями. И самое страшное – томительные часы ожидания. – Мама покачала головой. – Мне даже страшно об этом вспоминать.

Мама подперла подбородок рукой и устремила на меня задумчивый взгляд. В выражении ее лица было столько материнской любви и сострадания, что я сразу же успокоилась.

И тем не менее в глазах ее застыла та же тревога, что и в папином взгляде.

Затем мама стряхнула с себя воспоминания, переключившись на мисс Уоррен:

– Итак, Мила, насколько я знаю, дела в Калгари идут отлично.

– О да, по крайней мере у нас все спокойно.

Мисс Уоррен задержалась у нас несколько дольше, чем положено по регламенту, и мне пришлось сидеть, выпрямив спину, до тех пор, пока она наконец не откланялась. Нам удалось от нее отделаться только после того, как я сунула служанке записку с просьбой войти и сказать маме, будто ее вызывают по срочному делу.

Не успела мисс Уоррен закрыть за собой дверь, мама, разгладив платье, сказала:

– Ладно, пойду проверю, что там еще приключилось?

– Расслабься, это всего лишь я. – Я принялась изучать свои ногти. Не мешало бы привести их в порядок. Мама и мисс Люси удивленно уставились на меня. – Мне надо было с тобой поговорить, а она тут расположилась, как у себя дома. Пришлось пойти на хитрость, – лукаво улыбнулась я.

– Идлин, ты ведешь себя как самая настоящая интриганка, – вздохнула мама. – Хотя иногда это даже полезно. Правда, меня она тоже порядком утомила.

Как хорошо, что я не одна, подумала я, заговорщицки улыбнувшись маме с мисс Люси.

– Теперь я чувствую себя перед ней виноватой, – сказала мама. – Она не слишком часто выезжает в свет, к тому же тяжело везти такой воз в одиночку. Но мне не понравилась ее фамильярность.

– Мне еще не такое приходилось терпеть, – поморщилась я.

– Истинная правда. Так что ты хотела?

Я вопросительно посмотрела на мисс Люси.

– Ухожу, ухожу, – поняв намек, ответила она. – Я буду неподалеку на случай, если вдруг вам понадоблюсь. – Она сделала реверанс, поцеловала меня в голову и исчезла. Очень тактично с ее стороны.

– Мисс Люси так добра ко мне. И к мальчикам тоже. Иногда мне кажется, что она мне как вторая мать.

Мама понимающе кивнула:

– Я всегда старалась, чтобы люди, которых я люблю, были рядом со мной. Ты еще не успела родиться, а мои подруги уже заранее тебя обожали.

– Как жаль, что у нее нет детей, – с грустью сказала я.

– Мне тоже. Полагаю, сейчас ни для кого не секрет, что она прикладывала титанические усилия, но безуспешно. Я, наверное, все отдала бы, чтобы ей помочь.

– А ты пыталась? – Ведь я выросла в святой уверенности, что для Шривов нет ничего невозможного.

Мама заморгала, пытаясь сдержать слезы:

– Не следовало бы тебе говорить, ведь это сугубо личное. Но да, я сделала все, что было в моих силах. Более того, я даже предложила ей свои услуги в качестве суррогатной матери. – Мама плотно сжала губы. – Именно тогда я в первый и последний раз пожалела о том, что стала королевой. Оказалось, что мое тело до конца мне не принадлежит и есть такие вещи, которые мне не дозволено делать.

– И кто так считает? – поинтересовалась я.

– Все, Идлин. Абсолютно все. Ведь суррогатное материнство – вещь, мягко говоря, нетрадиционная, и наши советники решили, что люди просто не поймут. У них даже сложилось мнение, что любой ребенок, которого я выносила в своем чреве, может считаться наследником трона. Словом, мне пришлось отказаться от этой идеи.

Я на минуту притихла. Было тяжело смотреть, как мама до сих пор мучается от душевной боли, которую в свое время разделила со своей лучшей подругой.

– Как ты со всем этим справляешься?

– С чем?

– Ты всю жизнь даришь окружающим частичку своей души. А тебе удается оставить хоть что-то себе? Когда я порой на тебя смотрю, то у меня буквально сердце разрывается.

– Когда ты наконец поймешь, кто для тебя дороже всего, то будешь готова пойти ради него на любые жертвы. И в мире есть несколько человек, за которых я, не раздумывая, отдам жизнь. Ну и конечно, нельзя забывать о моих подданных, жителях Иллеа, за которых я тоже отдам жизнь. – Мама потупилась, в очередной раз разгладив складки безупречного платья. – И у тебя, моя девочка, наверняка найдется кто-то, ради которого ты пожертвуешь собой. Просто ты пока об этом не знаешь. Но пробьет час, и сердце тебе подскажет.

И на секунду я даже задалась вопросом, а связаны ли мы вообще родственными узами. Все те люди, о которых так пеклась мама, – папа, Арен, мисс Люси, тетя Мэй, – были мне тоже небезразличны. Но, как правило, я в основном брала у них и ничего не давала взамен.

– Ну ладно, – сказала мама. – Ты что-то хотела?