Читаем Наследник полностью

Когда они вчетвером в Георгиевский зал, там уже находилось не меньше полутора сотен офицеров и унтер-офицеров самых разных родов войск. Семецкий и его экипаж, отпросившись у их сегодняшнего «Вергилия», сразу направились в сторону кучковавшихся несколько в стороне офицеров и унтеров в небесно-синей парадной форме Воздушно-Космических Сил. Познакомились. Оказалось, что восьмеро из них — экипаж бомбардировщика, эвакуировавшего наследника из Белой. А потом участвовавшего в одной «сверхсекретной» операции вместе с остальными присутствующим девятью экипажами из состава пятьдесят второго полка. Кроме них, от воздушного флота присутствовали еще шестеро воздухоплавателей с патрульного дирижабля ДРОН, тоже поучаствовавшие в «анабазисе цесаревича» и несколько летчиков-штурмовиков, отличившихся во время подавления польского мятежа. Кроме них, по залу прогуливались несколько егерей из сорок пятого отдельного, бронекавалеристы, гвардейские и армейские, и пехотинцы. Немного побеседовав со своими летунами, Семецкий решил прогуляться по залу и неожиданно наткнулся на знакомую четверку морпехов, о чем-то увлеченно споривших с егерями. Неожиданно подпоручик, старший из морских пехотинцев по званию, заметил Семецкого. Кивнул и, что-то сказав егерям, видимо извинившись, направился прямо к Георгию.

— Разрешите обратиться, господин капитан-лейтенант, — быстрым шагом догнав Семецкого, спросил он.

— Обращайтесь, — протянул руку морпеху Семецкий — Знакомые все лица. Георгий Семецкий.

— Антип Григорьев, — пожав руку, ответно представился подпоручик. — Как у вас?

— Нормально, даже на губу не посадили. А у вас как? — спросил Георгий. — И давайте без чинов.

— У нас тоже неплохо. На губу посадили на несколько часов, потом разобрались. И даже отправили в командировку, на боевые. Вместе с армейцами поучаствовали во взятии Радома.

— Тяжело было? — не удержался Георгий.

— Очень, — не стал скрывать Антип. — Зачищать город вообще тяжелейший, изматывающий труд. Весь день в диком напряжении. Учитывая, что там завод был, на котором делали крабины точного боя, сам можешь представить, сколько там соболятников. Очень легко стать добычей стрелка, поэтому бегаешь между домами, согнувшись и втянув голову в плечи. Такая вот игра со смертью в догонялки и прятки. Спокойней чувствуешь себя только под прикрытием броневика или бронетранспортера. После целого дня стрельбы и беготни в лагерь возвращаешься просто измотанный. Зато у меня теперь ноги еще крепче, чем во время нашего путешествия вместе с бурятами. Да и боевой опыт получили…

— Смирно! Господа офицеры! — прервал их беседу приказ появившегося откуда сбоку генерал-адъютанта.

— Брусилов, — успел шепнуть морпех, пока они бежали к мгновенно образовавшемуся строю.

Как только последний из присутствующих занял свое место в строю, тот же генерал-адъютант объявил.

— Его Императорское Величество Олег Первый!

Зазвучала мелодия гимна и под сакральное «Боже, Царя храни!» в зал вошел тот самый молодой кандидат-прапорщик, которого Семецкий вез к Чите и с которым съели не одного барана во время путешествия. Только сегодня он был в мундире полковника Лейб-гвардии. Чин этот, как и должность почетного командира первой «царской» роты первого батальона Преображенского полка, наследник получал по закону автоматически, становясь императором. Но, как заметил к своему удивлению Семецкий, мундир был не Преображенского полка, а Стрелковой бригады. Видимо после участия преображенцев в «заговоре Константина» традицию решили несколько поправить…

Навстречу Олегу четким строевым шагом, словно на плацу, вышел генерал-адъютант Брусилов. Остановившись в трех шагах от остановившегося Императора, отдав честь, Брусилов доложил, что отличившиеся воины для церемонии высочайшего награждения построены. Последовала обычная воинская церемония — с прохождением Высочайшего лица, за которым сзади в двух шагах следовал Брусилов к строю, царским приветствием и ответом сотни с лишним молодых здоровых глоток. От которого, казалось, содрогнулись стены зала. Потом Олег отошел к микрофону, поставленному служителями около стола, на котором лежали подготовленные награды. Дальше последовала короткая проникновенная речь, в которой Олег благодарил защитников Престола и Отечества за верность и мужество, обещая, что ни он, ни Россия никогда не забудут их подвигов. Дальше началась собственно сама церемония награждения. Генерал-адъютант объявлял фамилию, имя и отчество и каким орденом награждается этот человек «за заслуги перед Российской Империей». Вызванный входил, получал из рук Императора орден.

Вышел в свой срок и Семецкий, получил в награду «Владимира» второй степени, так ттретья у него была и даже с мечами. Ответил уставным: — Служу Отечеству и Престолу, — и вернулся в строй.

Церемония длилась долго, но как оказалось, само награждение — это еще не все.

Император, вручив последний орден, еще раз поздравил всех и объявил, что все они пройдут в едином строю во время коронации. После чего неожиданно улыбнулся и добавил.