Читаем Наследник полностью

— Мы самая крутая страна, у нас самые быстрые флаеры, у нас самые мощные линкоры, у нас самые точные ракеты, у нас самые умные искины, а мы сами — самые продвинутые в Корите. Короче, мы самые-самые, и совсем не тупые… мы же не тупые, правда, Вэвэ?

Несколько минут таких словоизлияний дались этому Толяну с трудом — видимо долго думал, пока смог выстроить в своем куцем мозгу такую длинную тираду. Характерным штрихом сюжета был второй участник видео-обращения к Бесконечному: это был другой житель протектората, сидевший рядом с первым и кивавшим время от времени головой — почти копия первого. Эти движения верхней частью тела вносили в необычную позу собутыльника элемент риска, так как этот, еще более пьяный организм еле держался на своей заднице, угрожающе раскачиваясь в разные стороны, грозя самому себе опрокидыванием назад во время одного из таких колебаний. Антураж постановки завершала емкость с национальным напитком рушиков «вадярой», каким-то подобием продуктов питания и парой граненых стаканов, откуда парочка этих индивидуумов потребляла свой нектар. Это если не считать заднего плана записанного обращения к Вэвэ: обшарпанный, грязный толи контейнер, толи местный вариант их жилья, весь в кривых заплатках, ржавых пятнах и рваных дырах. Очевидно, это было местом жительства этих двух рушиков, так как ничего другого Максу в голову не приходило. Так вот, продолжая свою речь, более трезвый оратор, исчерпав набор фраз в стиле: «Мы самые-самые», резко сорвал шаблон и сменил риторику:

— А чего мы тогда так хреново живем, если мы самые-самые? Я вот, например, проживаю в месте под названием Му… Мур… Мухосранск — тут вообще тоска и ужас, нищенские зарплаты, убогость и серость — как нам жить, Вэвэ? Радует только одно — очень доступные цены на наш национальный напиток и закуску к нему.

Потом герой сюжета очень традиционно для жителей Рушкостана стал обращаться прямо к главному администратору с непониманием ситуации с местной свалкой. Мол, она тут рядом, воняет, хотя конечно, только если подойти к ней поближе, а через инфосеть не воняет, конечно, мдя. А почему наш вождь не может разобраться со свалкой, он же главный рушик, он же все может — но не разбирается. Последнее изречение снова затормозило мысленные процессы в голове технолога: что они там все обращаются к главному администратору — неужели сами не могут?

— Тупые они какие-то, что ли? — резюмировал просмотр сюжета наш герой.

Кстати, совсем не удивился, когда узнал на одном информационном ресурсе о том, что в Рушкостане существует официальный праздник граненого стакана — протекторат клепает их просто в неимоверных количествах в одном из своих населенных пунктов со странным названием «Хусь крустальный». Землянин только представил себе, какие количества вадяры в этот знаменательный день потребляет население Рушкостана — мозг отказывался принимать воображаемую цифру, грозя отправить сознание организма разумного в прострацию на несколько минут.

Но окончательно специалиста поставила в тупик новая новость из одиозного протектората: местный синод — так называлось у рушиков единое религиозное движение «Союз рушкостанских церквей» постановил в этот же день граненого стакана праздновать еще один праздник. Назвали этот праздник — День трезвости, хотя рушики сразу же окрестили это начинание, как «водкин день». Чем руководствовались эти религиозные деятели, принимая такое неоднозначное решение в такой день — это оставалось секретом для всего Рушкостана, да и Содружество терялось в догадках. Хотя на ум приходило самое простое объяснение — синод в полном составе в этот момент праздновал День граненого стакана, а когда на следующий день все поняли, что приняли вчера по пьяни, то опростоволосились. Однако сразу же отменять свое решение не стали — как-то несолидно для серьезных людей — потом как-нибудь позже что-то придумаем,… наверное…

— Не, они реально там тупые — в один день праздновать день стакана и называть его днем трезвости — вынос мозга!

После выхода из ускоренного учебного транса Юли долго прессовала своего мужчину, выжимая из него все соки, пока не утолила свою страсть, а потом двое суток с перерывами гоняла по линкору на одноместном гравицикле, изучая и исследуя его помещения и системы. В эти двое суток Макс ее видел редко, хотя Мартуся всегда была готова выдать местоположение его подруги — эти две личности как-то поладили, и искин стал меньше времени общаться с пилотом-наставником. Очевидно, что общение с женщиной ему стало более интересным, чем с мужчиной — секреты, женские секреты… Юли заинтересовал курьер, когда она устроила осмотр кораблей на летной палубе для специализированных кораблей — дроны-беспилотники у нее не вызвали серьезного интереса.

— Открою тебе секрет, дорогая: это самый настоящий корабль постройки расы ушедших предков — курьер серии «Флоу-м». Только сразу разочарую тебя: управлять им ты не сможешь ни при каких обстоятельствах — только в качестве пассажира.