Читаем Наша судьба связана красным (Our Fate Is Red) (СИ) полностью

Его взгляд помутнел, практически растворяясь в удовольствии. Он никогда не был так близко к тому, чтобы кончить, изливаясь молниеносно и небрежно. Вместо этого, Йен заставлял его тонуть в этом всепоглощающем ощущении. В таком неторопливом темпе, он не мог ничем себе помочь, принимая каждое движения тела Йена, наблюдая за огоньком радости в глазах рыжего. Все внутренние эмоции больше невозможно игнорировать.

Чувствуя, что Микки на пределе, Йен страстно вошел в него последний раз, задевая простату, чтобы вместе с ним раствориться в блаженном забытье.

У Микки не было шансов. Он жестче сжал Йена. Микки, нависший над ним, дернулся, яростно кончая на его живот и выжимая из себя все до последней капли. Это зрелище и звуки, довели Йена до предела, и тело последовало примеру Микки. Мышцы расслабились, и он рухнул рядом с ним.

Они оба сдавленно выдохнули в конце, после безумного забега, развалившись на постели.

Микки едва смог понять и открыть глаза, чтобы заметить, как Йен поднялся, стягивая презерватив. Пару секунд спустя, Йен улегся обратно на кровать, прижимаясь к Микки ближе.

Микки лишь почувствовал, как его устраивали на потной груди Йена, но никак это не комментировал. Они оба были слишком погружены в себя, полностью растворяясь в этом радостном моменте.

Йен лениво, почти инстинктивно потянулся к руке Микки, словно это было естественной вещью для них держаться за руки. Микки на удивление сделал это без лишних колебаний, позволяя Йену сцепить в замок их пальцы. Часы тикали и усталость постепенно отступала. Все казалось идеальным.

Но в представлении Микки, такое счастье всегда имело свою цену.

Его глаза внезапно испуганно раскрылись, и он подскочил с кровати, быстро натягивая боксеры, и собирая свою разбросанную по комнате одежду.

— Куда ты собрался? — нервно спросил Йен. Что-то было явно не так.

— Домой, — пробурчал Микки.

— Не уходи, — настаивал Йен, с малюсенькой ноткой надежды, снова потянув парня за руку.

Микки высвободился из его хватки.

— Я говорил тебе раньше. Я не собираюсь становиться твоей второй половинкой или парнем, — бурчал он. — Я пришел сюда, чтобы уйти. Таких молокососов вроде тебя, волнуют различные дерьмовые чувства.

— Молокососы, вроде меня? — недоверчиво взглянул на него Йен. Он не мог поверить в то, как же быстро они ушли и вернулись к тому, с чего все началось. — Я понимаю; ты не хочешь «разобраться в своих чувствах». Прекрасно. Но… не делай этого.

Микки вздохнул, останавливаясь на полпути, когда натягивал штаны.

— Ты полагаешь, у меня есть выбор?

— Да, — настойчиво ответил Йен, — и ты заставляешь себя сделать неправильный.

Микки ничего не ответил. Он отвернулся и продолжил дальше возиться со своими штанами. Чего-то Йен просто не мог понять в силу своей молодости.

Йен тяжело вздохнул, готовясь к взрывной реакции Микки, которая обязательно наступит, стоит ему только сказать это:

— По той же причине, из-за которой ты разрезал нашу нить в детстве? — спросил он насмешливо. — Тогда у тебя тоже не было выбора?

Что это было. Йен обязан сказать это. Они настоящие родственные души и теперь оба знали об этом.

Но Микки, казалось, не был шокирован или взбешен этой новостью, как того ожидал Йен. Вместо этого он просто стоял и виновато смотрел на него, потому что уже знал об этой детали.

После длительной паузы, Микки, наконец, заговорил:

— Ничего личного, — пробормотал тот.

Йен был обескуражен.

— Ты знал? — закричал он.

— Не моя вина, что ты оставил открытой дверь в моем гребаном доме, когда решил немного посплетничать, — защищаясь, крикнул в ответ Микки.

Йен расслабился, когда понял, что имел в виду Микки, он узнал об этом недавно, прошло всего несколько дней.

— Ох… так ты, значит?..

— Это ничего не меняет, — быстро перебил его Микки.

— Конечно, это что-то меняет, — Йен усмехнулся. — Даже при отсутствии нити наши с тобой пути пересеклись и ты, в конечном итоге, со мной. Это что-нибудь да значит.

— Да пошел ты! Ты думаешь, я хочу быть педиком? — заорал Микки.

— Нет, но это не меняет того факта, что ты являешься одним из них, — педантично сказал Йен. — И ты в праве ненавидеть это… Я думаю, ты хочешь быть со мной.

— Так и что же мне делать? — вопил Микки. — Это не значит, что я собираюсь кричать об этом на весь мир.

— Кто, блядь, просит тебя об этом? — хмуро спросил Йен.

Микки колебался.

— Ты всегда треплешься о родственных душах и прочей херне. Я думал…

— Если тебя пугает возможность рассказать всем о своей ориентации, то ладно, — сказал Йен. — Я не стану заставлять делать это, пока ты сам не будешь готов.

Микки насторожено прищурился.

— Тогда чего же ты хочешь от меня? — отчаянно уточнил он.

Йен встал с кровати и подошел ближе, чтобы быть ближе к другому человеку.

— Я просто… Я просто хочу, чтобы ты перестал убегать. Просто сдался.

— Сдался? — Микки напрягался все больше и больше, пока Йен наступал на него.