Читаем Наша юность полностью

Саша слегка растерялся, пару минут подумал, и начал говорить:

— Женя обидчивая — что ей не скажи, почти всегда все не так, по первому впечатлению кажется стервой, но она очень добрая и отзывчивая, смотрю на нее в школе, и сейчас, когда она среди подруг, понимаю, что с вами, девочки, она становится в хорошем смысле неадекватной, готова на любые поступки и замыслы…

Услышав про «любые поступки и замыслы» я вспомнила, как мы в школе с Ритой и девочками играли в слабо-не слабо. Какие только странные, сумасшедшие поступки мы тогда не творили, но один из них мне запомнился больше всего. Я загадала Жене написать на стене (во время урока, чтобы ее никто не увидел) несколько нелестных словечек о Паше, а Рита, подумав, что это было ей, моментом отправилась писать. Она быстро написала (прям на перемене, когда по коридору ходят и ученики, и учителя), и вернулась к нам. Следующей выполнять задание должна была я, мне выпала участь подкорректировать надпись о Павле — добавить подпись, что, якобы это написала девушка Павла (которая никак не могла этого написать, поскольку было уже два года, как она закончила школу). Я, будучи очень глупой и очень смелой, пошла писать одна, не взяв никого с собой (чтобы если что мне крикнули, что пора убегать), и меня, конечно же, заметили. Учительница та подняла крик, стала обвинять меня, я готова была провалиться сквозь землю. Избавить меня от позора пришла Женя, сказала, что хоть это и не мы написали, но мы сейчас все отмоем. Рита слиняла, поэтому отмывали мы втроем стену целую перемену, и этим, на мое счастье, все кончилось.

Саша тем временем сказал:

— Ну, вроде все что я знаю. Играем дальше? Алиса, правда или действие?

— Правда.-ответила я.

— Я слышал одно выражение, что человек не может просто так категорически не употреблять алкоголь, значит, у тебя есть история, из-за которой ты не пьешь?

Я кивнула.

— Их даже две. Но я вряд ли вам их расскажу, они слишком личные.

— Да ладно тебе.-махнула рукой Соня.-Договорились же, что никто и никогда не узнает о том, о чем мы сейчас расскажем друг другу.

— Ладно, одну, допустим, и расскажу. Это только мой позор и моя тайна. Но вторая… -я посмотрела на Лину.-Только с позволения главного действующего лица.

— Ладно уж, рассказывай.-разрешила Лина.

— За неделю до моего четырнадцатилетия мы с Алиной, нашей одноклассницей, случайно нашли у нее дома бутылку шампанского и бутылку вина. И пусть заранее праздники не отмечают, мы все-таки решили. Открыли шампанское, быстро выпили его…

— Стой, я перебью.-попросил Саша.-С Соней, знаю, вы тогда еще не очень хорошо дружили, но где была Лина, Женя?

— Несмотря на то, что тогда было учебное время, Лина была в отпуске, а Женя не общается с Алиной, поэтому мы были вдвоем. Так вот, выпили мы эту бутылку быстро, а я тогда весила килограммов сорок, разве мне много надо было, чтобы напиться? Потом мы еще выпили вина, и я стала собираться домой. Что было дальше я помню смутно, почти даже не помню — как Алина решила меня проводить, как мы шли до моего дома, как я оказалась в своей постели, это все выпало из моей памяти. Зато помню глаза моей мамы, наполненные болью, когда я проснулась на следующее утро. Конечно, она все поняла. Мне было очень страшно и стыдно перед ней, и я пообещала и себе, и ей, больше не пить. И не солгала…

— То есть, -начала говорить Лара, -ты впервые напилась, когда тебе было тринадцать?

— Да.-кивнула я.-Вот такая я плохая.

— Да с кем не бывает.-ободрил Саша.-А вторая какая история?

— А это случилось на день рождения Алины. Мы с ней и Линой где-то нашли несколько бутылок вина, я не пила, а вот девочки…

— Да, я напилась.-вдруг продолжила Лина.-И стала вспоминать… прошлое. Отца.

Она замолчала. На ее глазах показались слезы. Не важно сколько человек преодолеет испытаний в жизни, самыми трудными для него всегда будут те, которые он переживал в детстве.

— Он… -она пыталась не разреветься.-Он много пил и бил нас с мамой. Все мое детство. И тогда я это вдруг вспомнила, и испугалась, что буду похожей на него. Больше всего на свете я не хочу быть похожей на него…

— Так, так! -я решила перевести тему.-Лариса, ты еще сегодня не отвечала. Правда или действие?

— Действие.

Вопросов к ней у меня было много, а вот заданий никаких, поэтому я сказала первое, что пришло в голову:

— Поцелуй Глеба.

Она справилась с этим довольно быстро, и сказала Соне:

— Правда или действие?

— Правда.

— Почему вы с Ульяной перестали общаться? Не из-за Кирилла же.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения