Читаем Наша борьба полностью

Баррикады на Смоленской площади продержались до глубокой ночи. Отсюда до осажденного Дома Советов было не более 15 минут пешего хода. До Моссовета – еще ближе, и восставшие без труда могли занять этот главный стратегический пункт города, чтобы обеспечить продолжение работы сессии депутатов Моссовета, презревшего диктатора и оставшегося на стороне Закона. Однако Руцкой, уповая на посредничество Патриарха Русской православной церкви, опять проигнорировал выгодное для него развитие ситуации. Вечером 2 октября, уже после того, как кровь в Москве проливалась неоднократно, Патриарх заявит: «Первый, кто прольет кровь в Москве, будет предан анафеме».

Ночь я провел в штабе «Трудовой России», который действовал все дни восстания в небольшом помещении, предоставленном нам депутатами Октябрьского районного Совета Москвы. Рано утром 3 октября вместе с товарищами решили «просочиться» в блокадный Дом Советов, чтобы согласовать с руководством Верховного Совета наши действия во время Всенародного Вече, объявленного «Трудовой Россией» на этот день еще в июне. Соблюдая все меры предосторожности, подходили к «белому дому» переулками Красной Пресни со стороны станции метро «Улица 1905 года». Все подходы к блокадному кольцу были забиты войсками. милицией, ОМОНом. Один из старших офицеров милиции, знавший меня еще по обороне Музея Ленина в сентябре 1991 года, увидев меня, счел нужным предупредить: «К набережной не ходи, Виктор Иванович! Там свердловский ОМОН, а они на тебя зло обижены за вчерашнее». Принимаем решение идти как раз к набережной и не ошиблись: из-под тентов грузовых машин, в которых сидели «крапатые» доносился характерный звон граненых стаканов и им было не до бдительности. Беспрепятственно подошли к Дому Советов, но тут меня опознал полковник московской милиции. В черных очках, жующий жевательную резинку на манер американского полицейского, он приказал задержать меня и тотчас связался по рации со своим начальством: «Задержан депутат Анпилов. Как поняли? Прием!... Есть, доставить в штаб!» Под конвоем трех офицеров меня повели вверх, в сторону посольства США. Но у ближайшего переулка старший по званию, темноволосый майор милиции остановился: «Виктор Иванович! Ты уходи дворами, Мы тебя не видели!» «Спасибо. Как вас зовут?» Майор промолчал. «Вы - с Кавказа?» «Я из Азербайджана!» - был ответ...

К 11 часам утра на Октябрьской площади - толпы восставшего народа. Вокруг памятника Ленина – оцепление солдат внутренних войск. За ними – ОМОН. Люди хотят пройти поближе к памятнику, но их не пускают. То тут, то там вспыхивает перебранка. И вдруг словно стон вырвался из сотен сердец: неожиданным ударом омоновской дубинки повержен на мостовую человек. И опять (наваждение какое-то!) удар принял на себя инвалид без ноги. Толпа расступилась вокруг лежащего без создания человека. «Убили! Убили!» - раздались гневные голоса. Машина «скорой помощи» была на месте первого кровопролития того дня уже через три минуты. Московские медики в те дни работали на пределе человеческих возможностей и делали все, чтобы спасти раненых восставшего народа.

Раненого инвалида увезли, а кольцо ОМОНа начинает сжимать народ на Октябрьской площади. Надо как –то раздробить силы противника. Передаю через своих записку Владимиру Гусеву: «Уезжаю на Площадь Ильича. Передай по цепочке нашим: будем строить баррикады у завода». Мой расчет был прост: завтра, 4 октября – понедельник, и если наша баррикада на Площади Ильича продержится до начала рабочего дня, то мы не только отвлечем ОМОН, но и расширим географию народного восстания до металлургического завода «Серп и Молот», где наверняка получим поддержку рабочих.

Примерно через час на Площади Ильича собралось около сотни сторонников «Трудовой России». В основном - пожилые женщины. Молодых было мало. Пока искали строительный материал для баррикады, подкатили около 20 автобусов с ОМОНом. На площадь высыпало не менее тысячи человек в полном боевом снаряжении. Такой махине не составило трудов щитами выдавить нас с площади на железнодорожную платформу «Серп и Молот».

На электричке едем в центр города. И когда возвращаемся на Октябрьскую площадь, узнаем, что отсюда к осажденному Дому Советов ужа ушла многотысячная колонна. В районе Крымского моста поток восставших попытались остановить оставшиеся без ОМОНа кордоны внутренних войск МВД России. Но эти, не выдержав и десятиминутной стычки с восставшими, бросились бежать. Водометы, которыми пытались остановить лавину людей на Смоленской площади, забросали булыжниками. Ничто не могло удержать людей, стремящихся снять ненавистную блокаду с осажденного Дома Советов...