Казалось бы, у него, историка по образованию, "нелитературная" часть каждого эссе должна быть содержательнее, профессиональнее, наконец, умнее "литературной" части. Однако Пьецух-историк равен Пьецуху-литератору…

Представление о "Русской теме" будет неполным, если не сказать, что далеко не все писатели вызывают у автора неприязнь. Единомышленниками, союзниками Пьецуха по его воле - обоснованно, а чаще всего необоснованно - являются В. Белинский ("Вечный Виссарион"), А. Герцен ("Былое и думы"), Н. Лесков ("Наваждение"), А. Чехов ("Уважаемый Антон Павлович!"), И. Бабель ("Всем правдам правда"), М. Зощенко ("Курская аномалия"). Уровень суждений о личностях и творчестве названных авторов ничем не отличается от уровня литературных биографий писателей, о которых уже шла речь. Например, с Виссарионом Белинским Пьецух солидарен практически во всем. В том числе явно греет его следующая мысль критика: "…Творчество есть удел немногих избранных".

Нет сомнений, что к избранным Пьецух относит и себя. Показательно, как в главе "Вечный Виссарион" Пьецух в присущей ему манере ветхозаветного пророка вещает: "Если бы мы читали Белинского, у нас вряд ли затеяли спор о том, хорошо делают те писатели, которые строят свои тексты на основе синтаксиса районного значения, или нехорошо? ‹…› Потому что захолустный вокабуляр созидает не народность, а простонародность, и всякими "кабыть" и "мабуть" читателя за нос не проведёшь, потому что литература - это не этнография, а литература".

Во-первых, "кабыть" и "мабуть" - это не синтаксис, а лексика, что должно быть известно самому посредственному ученику. Районного же синтаксиса нет и быть не может по определению.

Во-вторых, простонародность, по Белинскому, создает не "захолустный вокабуляр", а изображение жизни "черни", социальных низов, о чём критик говорит в известной статье "Сочинения Александра Пушкина", и не только в ней. Пьецуху вместо того, чтобы фантазировать на пустом месте, не мешало бы перечитать Белинского.

Очевидно и другое: у писателя Пьецуха серьёзные проблемы с русским языком, о чем свидетельствуют следующие цитаты из "Русской темы": "очень невысокого роста", "прямо дворянских поступков Есенин не совершал", "налаживая спасательные дорожки", "огромное большинство стихотворений", "страна-то его породила отъявленная", "снесёмся со случайно подвернувшимся историческим примером" и т. д.

Ещё одна отличительная особенность книги Пьецуха - многочисленные тёмные места, когда писатель выражается столь туманно или "неординарно", что приходится гадать и о смысле, и о том, чем "затемнённость" вызвана: проблемами с русским языком или с логикой мышления. Вот, скажем, об отце Белинского в главе "Вечный Виссарион" сказано, что он, "хотя и попивал, но не ходил в церковь и читал Вольтера". То есть синтаксическая конструкция предложения и его смысл позволяет говорить о следующем огороднобузино-киевскодядьковском открытии писателя: выпивающий человек ходит в церковь и не читает Вольтера.

"Русская тема" Пьецуха отличается от многих других плохих книг не просто редчайшим непрофессионализмом и наплевательским отношением к читателю, но и тем, что в своем мовизме-плохизме автор близок к совершенству или периодически его достигает. Например, в главе "Колобок" Пьецух утверждает: "…Мы тысячелетия живем бок о бок с норвежцами на задворках Европы, прямо в одних и тех же геополитических условиях".

Мягко выражаясь, гипергипербола о тысячелетиях кажется верхом точности на фоне "одних и тех же геополитических условий" двух стран…

В. Пьецух очень часто и с явным удовольствием пишет в своей книге о русских дураках, но, читая "Русскую тему", поневоле вспомнишь ещё одного русского классика: "Чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться?"

ТАМАРА КАЛЁНОВА, СЕРГЕЙ ЗАПЛАВНЫЙ

СКАНДАЛЬНЫЙ "ПАМЯТНИК"

Что такое памятник?

Наиболее ёмкий и исчерпывающий ответ на этот вопрос даёт "Толковый словарь живого великорусского языка" В. И. Даля. "Памятник, - говорится в нём, - сооружение зодчества или ваяния в честь и память события, лица". Практически то же самое определение, но иными словами изложенное, находим в "Словаре русского языка" С. И. Ожегова и целом ряде других словарей и энциклопедических изданий. Вот одно из них: "Памятник - произведение искусства, созданное для увековечения людей или исторических событий; скульптурная группа, статуя, бюст, плита с рельефом, триумфальная арка, колонна, обелиск, гробница, надгробие и т. д.". А "Краткая литературная энциклопедия" добавляет к этому толкованию очень важный уточняющий штрих: прославление.