Читаем Наш Современник, 2009 № 01 полностью

Посылаю Вам десятый номер "Роман-журнала XXI век", который только что вышел. Прошу великодушного снисхождения ко мне, что без Вашего разрешения дал в печать Ваши фотографии и отрывки из письма. Хотелось мне, чтобы читатели узнали, что не всё ещё пропало, когда в лучших русских людях открываются такие провиденциальные пути. В материале о Суворине Вы увидите замечание В. Крупина о некоей моей реплике в частной беседе. Видимо, он имеет в виду моё напоминание (возможно, не лишённое пристрастности) о необходимости волевого, не пассивного православия, резкого неприятия рассуждений иных литераторов, что даже если Россия и сократится до размеров Московии, главное, чтобы осталась Святая Русь. Не могу принять социального примирения. Ведь великие подвижники духа, даже святые не были равнодушны к тому "земному", что называется патриотизмом, государственно-

стью, социальной справедливостью. Свт. Димитрий Ростовский говорил, что неуплата трудящимся за труд есть тягчайший грех перед Богом. Знаменитый автор "Троицких листков" архиепископ Никон возмущался, когда слышал, что Церковь не должна заниматься социальными, национальными вопросами, политикой, что её, Церковь, хотят изолировать от мирской жизни, и т. д. Вот и Вы в письме говорите о социальной роли религии.

К сожалению, мне ничего не известно о наших выпускниках 1977 года. Вот смотрю на групповой снимок - и кого уже нет? Косенко умер несколько лет тому назад. Акулов - страшно сказать: повесился (работал в Сочи, в музее Н. Островского). Ах-медова видел последний раз где-то в середине 80-х, он приезжал из Баку в Москву, заходили с ним в Дом литераторов, как когда-то с Вами. Далее: Муравенко, Ежечен-ко. Как они там, на "незалежной", бывают ли на Майдане, откуда и до нас доносится вопль: "Ю-щен-ко!"

Мой брат Дмитрий Петрович Лобанов более двадцати лет служил в ракетных войсках на Украине, сейчас живёт в Воронеже. Решил побывать вместе с ним в городке его офицерской молодости у брата его жены, благо - билеты льготные, - с будущего года никаких льгот фронтовикам, как и всем другим. Приехали в Жмеринку. Вечером приходит сосед, украинец, бывший идеологический работник, учился в Москве, в партшколе. И первое, о чём заговорил: Россия устроила в начале 30-х годов "голодомор" на Украине, от голода умерло 17 миллионов. Я не выдержал и сказал: а у нас, в Москве, есть могучий статистик Солженицын, который называет цифру жертв большевизма в 70-90 миллионов человек. Гость воспринял это вполне серьёзно. Украина, видимо, действительно становится другой, более далёкой от России. Рвутся в Европу, где в официальных общеевропейских документах о всякого рода ценностях не значатся ценности христианские.

Дорогой отец Феодор, вчера у меня был разговор с директором издательства "Ковчег" Сергеем Владимировичем Тимченко (моим бывшим студентом). Я рассказал о Вас, и он просил передать, что может посылать церковную литературу - лично Вам или же монастырю - в качестве благотворительности. Вышли великолепные издания "Жития и творения русских святых", "Беседы русских старцев" и т. д.

Поздравляем Вас, дорогой батюшка, с Новым годом, с Рождеством Христовым, с сердечным пожеланием Вам всех и всяческих благ.

М.Лобанов 25.12.2004

Мой дорогой отец Феодор!

Каждое утро в молитве за здравие всегда называю в числе самых дорогих для меня лиц Ваше имя. А потом в суете дневной, укоряя себя, что редко пишу Вам, оправдываюсь перед собой тем, что Вы всё понимаете. В последнее время был занят дипломными работами выпускников и набором нового семинара. Сколько пришлось перечитать, перелопатить рукописей, чтобы выбрать из этой массы что-то подходящее. А там ещё неизвестно, сколько авторов, допущенных к экзаменам, приедет, может быть, только треть. Лучшие-то могут и не приехать из самых дальних мест, как оттуда им выбраться в нынешнее-то время с такими ценами на билеты. Всегда меня огорчало, что многие даровитые и не приезжают. В этом году, может быть, как никогда раньше, через этих молодых людей наглядно открылось мне, что же происходит в сознании, психологии нового поколения от 17 до 25 лет. Это не "рождённые бурей", "прекрасным и яростным миром", а продукт того невиданного периода русской истории, который связан с так называемой "перестройкой", "реформами". Как юные незрелые души впитывают в себя ядовитые испарения, грязь, всё растлевающее в нынешней "общественной" атмосфере с её "свободой", культом всего низменного. Читаешь подряд "исповеди", и кажется, что видишь какую-то сексуальную саранчу. Где-то я читал у одного православного священника, что для него молодёжь - это больные люди, до которых не достучишься духовно. Кто-то скажет, что слова спорные, не все больные, но что больным можно сделать целое поколение (что и делается) - это очевидно. И всё же…