Читаем Наш Современник, 2006 № 03 полностью

Послевоенное обустройство в Ираке не заладилось с первых же дней. Была поставлена амбициозная задача: установление в Ираке демократии, которая бы стала образцом для всего Среднего Востока. Все, и американцы, и вернувшиеся иракские эмигранты, которых готовили поставить у власти, были убеждены, что народ встретит их с цветами, как освободителей. Никто не мог представить, что начнется террор, который перерастет в национальное восстание. Тем более никто не ожидал, что три года спустя в Багдаде пройдут массовые демонстрации в поддержку “предательски захваченного Саддама”.

Начали с создания Временной коалиционной администрации, которая правила страной с мая 2003 года до июня 2004 года. Она состояла из эмигрантов и американцев. Запершись в одном из саддамовских дворцов, они начали писать конституцию, которая должна принести свободу и демократию на берега Тигра и Евфрата. Весьма живо описывает эти события в своей книге Ларри Диаманд, как он представляется, “эксперт по демократии и ее экспорту”¹. Работая над конституцией, эксперты и по сей день пытаются примирить притязания шиитов, сепаратизм курдов и отчуждение правивших при Саддаме суннитов. Диаманд пишет, что они были полностью отрезаны от того народа, которому они намеревались дать свободу, права человека и демократию. Эксперты руководствовались установкой президента Буша на сохранение территориальной целостности Ирака. Но на самом деле они их шаг за шагом приближали развал Ирака.

Курды требовали создания долгожданного курдского государства на севере Ирака, хотя большая часть этого народа проживает в Иране и Турции. Их убедили удовлетвориться широкой автономией. Но курды и без интервенции уже 13 лет были полностью независимы от Багдада. Им обещали помимо четырех из 18 провинций Ирака передать богатый нефтью район Мосула и Киркука и дали пост президента. Им стал курдский лидер Талабани, уже давно сотрудничавший с американцами и их секретными службами. Шииты требовали закрепления в конституции автономии южных провинций Ирака, где добывается 80% нефти. Эти провинции и сама Басра заселены шиитами, которые получают все большую поддержку от соседнего Ирана. Сунниты, проживающие в центральном и западном Ираке, включая пятимиллионный Багдад, ясно понимают, что над страной нависла угроза гражданской войны и распада на ряд зависимых и враждующих между собой государств. Каждая из трех фракций создала свои вооруженные отряды. “Ошибки, — пишет Диаманд, — допускаются на каждом шагу… Иракское дело становится одним из крупнейших провалов в истории США”¹.

В политике США в отношении Ирака нарастают все новые противоречия. Президент требует от оккупационных властей сохранения целостности Ирака, а власти воюют с патриотизмом иракцев, называя это национализмом и делая ставку на различные этнические группы, на племенных вождей и на различные религиозные течения. Оккупанты начали с роспуска армии и партии Баас и поставили у власти эмигрантов, выросших в США. Дэвид Филипс, автор книги об интервенции в Ирак, эксперт от Госдепартамента, считает, как и многие американцы, что “самой большой ошибкой был роспуск армии и партии Баас”². В результате общественный порядок рухнул. Зато появились десятки независимых газет и журналов. Но свобода слова не могла компенсировать нехватку воды, электричества, невывоз мусора, уличную преступность и т. д.

В первые же недели после победы наивные американские солдаты открыли, что местное население рассматривает их не как освободителей, а как оккупантов. Начиналась партизанская война. Американцы стали искать повстанцев. Представим себе сцену: месяц спустя после окончания войны солдаты США заходят в дом иракца. Их по традиции восточного гостеприимства угощают. Отведав угощения, американцы начинают обыск в поисках оружия. А оно есть почти в каждой семье.

Другой типичный пример. Крестьяне села Ат-Агилия, что к северу от Багдада, поливали, как обычно, поля подсолнечника и грядки помидоров и огурцов. По ошибке американцы их обстреляли: погибло семеро мирных земледельцев. Жители села стали помогать повстанцам. Восстание охватывало все новые города и села. Появились освобожденные от американцев районы. В ноябре 2004 года крупной группировке американских войск пришлось брать штурмом город Фаллуджу. Там многие месяцы власть была в руках баасистов. Сами американцы не скрывают, что они обрушили на старинный город Месопотамии такой шквал огня, что три четверти его превратили в руины. Несмотря на то, что они дали возможность мирному населению заранее покинуть город, число жертв было велико.