Читаем Наш Современник, 2005 № 11 полностью

Дело шло к лишению мусульманской части населения Грузии национальной суверенности. Турок, как и других мусульман, заставляли брать грузинские фамилии, менять национальность.

В Великой Отечественной войне принимали участие более 40 тысяч турок, из них 26 тысяч погибли на различных фронтах. Восемь турок удостоены звания Героя Советского Союза.

Ночью 14 ноября 1944 года из всех 220 населенных пунктов Месхетии по приказу Сталина были выселены свыше ста тысяч человек мусульманской веры. Вероятность войны с Турцией, близость ее границ — 60–70 километров — создавали якобы объективные причины для выселения с возможной прифронтовой полосы.

Эшелоны шли на Восток. В середине декабря первые партии турок начали прибывать в Узбекистан. Переселенцев разместили в основном в Фергане и ее пригородах — Коканде, Ташлаке, Кувасае и Маргилане. Как правило, компактно. В городах работали на заводах, фабриках, в строительстве, преимущественно рабочими. В сельских районах занимались хлопководством, животноводством, садоводством. Большинство турок — крестьяне. Людей с высшим образованием мало. В Ташлакском районе из 2350 турок лишь 8 окончили вузы и 18 — техникумы.

Дети учились в узбекских и русских школах. В быту разговаривали на турецком и узбекском языках. Постепенно забывались народные обычаи, ритуалы и обряды.

Все это вызывало тревогу у турок, они боялись раствориться и исчезнуть как народность. Поэтому они мечтали вернуться на свою историческую родину, но не ставя перед собой цели вернуть покинутые более сорока лет назад дома. Они не желали сеять смуту в Грузии.

Произошедшие великие переселения стали одним из факторов национального конфликта, разгоревшегося в Узбекистане.

К сожалению, этот фактор не был единственным…

С каждым днем, особенно после 4 июня, становилось всё яснее, что межнациональный конфликт в Узбекистане имеет более глубокие социально-экономические и политические корни. Надо было разбираться на месте, решать судьбу тысяч турок-месхетинцев, находившихся в лагере под охраной внутренних войск и милиции.

Председатель Совмина Узбекистана Г. Х. Кадыров, улетевший с сессии в Фергану еще 3-го, постоянно звонил мне, кричал в трубку:

— Надо действовать! В любое время они снимутся отсюда, все пятнадцать тысяч, и — назад, в Фергану. А что тогда будет!..

В это же время ко мне явились московские представители месхетинцев, судя по всему, постоянно обитающие в столице, назвались «Комитетом за возвращение на Родину» и потребовали от меня не одномоментного, пожарного, но капитального решения проблемы.

— Верните месхетинцев в Месхетию. Это наша земля, а не грузинская… Понимаем, что всех сразу туда переселить невозможно, так давайте начнем с небольшой партии. И сразу же решите вопрос с образованием автономии.

Кадыров возмущался по телефону:

— Какой это комитет! У нас комитет! Здесь, в лагере. Приезжайте, встретитесь с ними. Они прекрасно понимают, что Грузия — дело дальнее, нескорое. Им сейчас жить по-человечески надо. Здесь же дети, старики…

— Вывозите, — отвечал я Кадырову. — Скажите, когда. Немедленно пришлем самолеты.

К тому времени несколько областей России уже были готовы принять беженцев. Этот вопрос руководство России решило быстро.

— Не-ет, — не соглашался упрямый Кадыров, — они так не хотят. Они хотят с кем-то из руководителей страны говорить. Они хотят перспективу знать.

Группа депутатов Верховного Совета СССР 9 июня официально обратилась ко мне с просьбой-предложением:

«Уважаемый Николай Иванович!

Учитывая Вашу человечность, доброжелательность, просим Вас вылететь в Фергану. Если Вы приедете к нам, то — мы уверены — сразу утихнут волнения народа, всё успокоится. Социально-экономическую запущенность срочно надо выправлять». Депутаты: 14 подписей.

Решили лететь в Фергану утром 12 июня. Вместе со мной вылетели член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, ныне покойный, Виктор Михайлович Чебриков и Председатель Совета Национальностей Верховного Совета СССР, еще не освобожденный от обязанностей первого секретаря ЦК компартии Узбекистана Рафик Нишанович Нишанов.

Странное совпадение, но когда обрушились на нас трагические события в Фергане, то Генеральный вновь оказался за рубежом, на сей раз в Бонне. В моем архиве сохранилась узбекская газета «Правда Востока» за 15 июня 1989 года, где на первой полосе две фотографии. На одной — улыбающийся Горбачев приветствует немцев с балкона боннской ратуши. На второй — потрясенные увиденным горем Рыжков и Чебриков стоят у сожженного месхетинского дома в Фергане…

Фергана встретила нас жарой и тишиной, многочисленными военными патрулями на улицах, сожженными, полуразрушенными домами месхетинцев, которые когда-то были крепкими, добротными.

В этой публикации и без того полно смертей и крови, но все же не могу не сказать, что трупы убитых и зверски замученных людей находили едва ли не до нашего приезда и после отъезда тоже. Ее Величество Ненависть правила очередной кровавый бал. Какой по счету?..