Читаем Наш Современник, 2005 № 04 полностью

Эпиграфом к новой книге прозы «Встреча» Иван Рыжов взял слова своего тёзки Ивана Бунина: «Россия. Кто сможет учить меня любви к ней!..». В последнее время становится всё более и более популярным жанр коротких заметок, беглых впечатлений, выдержек из дневников и записных книжек — то есть того, что легло когда-то в основу книги Юрия Олеши «Ни дня без строчки», дало солоухинские «Камешки на ладони», составилось у Юрия Бондарева в «Мгновения» и пришло к читателю в виде других аналогичных книжек. Вот и автор «Встречи» объясняется в любви России посредством мини-рассказов, зарубок на памяти, интервью, коротких эссе. Но в этих порою прямо-таки крохотных по объёму произведениях заключены сгустки вовсе не крохотных мыслей и чувств.

Рассказ «Ночь». Сердце героя полнится тоской, он одинок, как «осенний лёгкий лист, мотающийся по свету». И вдруг вспоминает свою старушку мать, безвыездно живущую в деревне с пятью сыновьями и тремя дочерьми. И уходит тоска, и едет сын к матери… Всё так просто и в то же время так сложно, как и вообще всё в этой жизни.

А вот рассказ «Шорох» (полностью): «Ветерок тихонько колышет листву деревьев и лёгкие платья женщин. Шёлковый шорох…». Или рассказ «Живой свет» (тоже полностью): «Глубокая ночь. Не спится. За широким окном ясная луна. Рассеянный неживой свет её наполняет комнату, давит, бередит душу. Ах, Господи, куда деться? Душно, тошно и печально. И молюсь, молюсь, чтобы дожить до утра. Там день, солнце, тёплые голоса птиц… Там живой свет…».

Запоминается и рассказик «Бог в помощь» — всего-то и дел, что встретившаяся писателю случайно на полевой дороге «старая, древняя баба со склизкой ореховой палкой в тёмной тонкой руке» пожелала ему Божьего заступничества, и тут же стала видна чья-то, будто скрывавшаяся ранее от его глаз, разлитая в мире «забота. Всё зеленело, цвело, сладко спела рожь…». Оказывается, человеку так мало нужно на самом деле для счастья! «Бог в помощь!» — и ты уже силён и радостен.

Но и для печали нужно не так уж много — достаточно вспомнить о том, что в мире есть старые, больные, одинокие… Им посвящены такие рассказы, как «Ласковый шёпот», «Обида», «Стыдно».

Исстрадалась душа Ивана Рыжова за свой нищий и горький народ, помочь которому он может только своим участливым словом. Но это немало в наше прагматичное и жёсткое время.

* * *

Автор многих поэтических сборников, выходивших с 1966 года, Виктор Дронников известен не только на своей родной Орловщине, но и за её пределами. Как сказано в аннотации к книге «На птичьих кругах», готовя её, «автор на этот раз не включил в книгу многие из своих напористых, бойцовских, жарких стихотворений», и оттого она получилась раздумчивой и философски-спокойной: «Человеку тягостна неволя. / Человек не создан для войны. /Гаснет лес, и отдыхает поле. / Столько в мире доброй тишины./ Тишина гнезда и краснотала, / Тишина покосная луны. / Человеку бы всего хватало, / Если бы хватало тишины».

Видимо, сам возраст зрелости и мудрости, в котором пребывает автор, приучает его довольствоваться малым и радоваться простым жизненным вещам: «Есть роща белая. Прохлада. / Родник, мне родственен душой. / Глоток воды — вот всё, что надо / Перед дорогою большой, / Чтоб в жажде губ не размыкая, /Я кожей чувствовал его. /Глоток воды родного края — /Всего лишь — больше ничего».

И ещё одна интонация — прощальная (хотя, хочется думать, и преждевременная) — слышится сквозь шелест многих стихотворений этого сборника: «..Увижу долгий взгляд, / Полуоткрытый рот, / Тебя, как белый сад, / Летящий на восход! / Прощай, прекрасный свет! /Я без тебя устал. / Последний мой привет, /Лети к твоим устам…».

Хочется всё-таки верить, что автор ещё долго будет радовать нас своими стихами и что прощальные строки будут являть собой только поэтическое чувство.

* * *