Читаем Наш Современник, 2004 № 12 полностью

Периодически поднимали тост “за Володьку”... Говорили, что “мы поставили раком весь город”, что “весь город по кругу поимеют в конечном итоге”, что “все у них будут сосать, уже сосут” и что мы, наше заведение, в том числе”.

Прошу прощения за непристойности — из “песни” слова не выкинешь. А это “новые песни о главном”, за что голосовали — то и получили. Далее, как явствует из статьи, собравшиеся от слов попытались перейти к делу. Эту часть позволю себе опустить. Отмечу лишь две подробности. Зажигательные спичи о поставленном в специфическое положение городе произносил, по утверждению управляющей, “чернявый мужчина”. Небезынтересная деталь. Тем более что авторы статей о владивостокском прецеденте изображают победу Николаева как торжество  р у с с к и х  бандюганов. Тенденция, ощутимая и в процитированной заметке. Однако “чернявый мужчина” в качестве “идеолога” собрания вносит в картину существенные коррективы. Между прочим, преступность в России традиционно имела сначала одесский, а затем кавказский акцент.

Другая характерная деталь служит иллюстрацией к основной теме главы. Объясняя, почему, несмотря на дебош, она не вызвала милицию, управляющая сказала: “В городе сейчас такая ситуация. Все знают, что Николаев сам раньше был такой. И все люди, а не только я, думают, что милиция в подобной ситуации все равно не поможет нам. Я думаю, если бы мы вызвали милицию, у нас было бы еще больше проблем” (“Независимая газета”, 21.07.2004).

Процитированная корреспонденция — одна из последних публикаций о Владивостоке, появившихся в центральной прессе. То ли после выборов московские газеты утратили интерес к столице Приморья. То ли и впрямь “в городе сейчас такая ситуация”...

*   *   *

Еще один скандал связан с участием ингушских милиционеров в налетах на Назрань и Беслан. Правда, громким его не назовешь. Всего несколько отрывочных сведений из разрозненных публикаций. Вот что выясняется, если их суммировать.

Среди задержанных по “ингушскому делу” оказалось трое милиционеров — прапорщик А. Дамиев (в его доме нашли целый склад боеприпасов: автоматы, гранаты, снаряды (!), радиостанцию и служебные удостоверения на имя других лиц), сержант А. Хамхоев и боец ОМОНа М. Аспиев. Именно он сопровождал боевиков по республике (“МК”, 3.09.2004).

Задержанные были мелюзгой, а вот руководил ими известный террорист М. Евлоев по кличке Магас. Каково же было удивление оперативников, когда на групповом снимке боевиков они узнали в Магасе старшего лейтенанта милиции Али Тазиева! С 1998 года он числился как “героически погибший при исполнении служебного долга” (“Время новостей”, 9.09.2004).

Уже довольно долгое время военные и журналисты говорят о боевиках, переодетых в милицейскую форму. Задержание ингушских омоновцев, принимавших участие в бандитском рейде, позволяет утверждать, что по крайней мере в некоторых случаях никакого “пере­одевания” не было:  з а о д н о  с террористами действовали настоящие милиционеры .

Конечно, было бы в высшей степени несправедливо распространять подозрение на всех сотрудников правопорядка Ингушетии и Чечни. Многие из них  ж и з н ь ю  заплатили за верность долгу. Тем важнее предоставить обществу полную информацию о случаях, упомянутых выше. Предатели должны быть отделены от героев.

Между тем мы постоянно сталкиваемся с недостатком информации, отписками и отсылками, несерьезными, да и просто безнравственными, когда речь идет о безопасности общества. Высшие чины государства и руководители спецслужб призывают население незамедлительно информировать органы о всех подозрительных случаях. Резонно. Но тогда и власти не должны держать людей в неведении. Если вы хотите, чтобы вам доверяли, объяснитесь хотя бы по поводу наиболее скандальных случаев .

Впрочем, по поводу Магаса высказался сам президент Ингуше­тии М. Зязиков. Но как! “Вот — Магас Евлоев. Я говорю: покажите, кто он и где он? В Москве метро взорвали — Магас. Нападение на Ингушетию — говорят, что его поймали и застрелили. Потом оказывается — пойман не тот. Мне это напоминает анекдот” (“Независимая газета”, 12.10.2004).

А нам — я думаю, что могу сказать это от имени всех москвичей, — увы, не до анекдотов. Понятно, президенты на метро не ездят, а я помню, с какими лицами жители столицы спускались в подземку на следующий день после взрыва на “Павелецкой” и после трагедии у “Рижской”.

Не смешно, г-н президент .