Читаем Наш Современник, 2004 № 12 полностью

Новый внешнеполитический курс должен был вывести СССР из политической изоляции и позволить создать блоки коллективной безопас­ности, направленные в первую очередь против фашистской Германии. Однако все попытки создать антифашистскую коалицию в начале 30-х годов ни к чему не привели. Англия, Польша и Франция, на которую возлагались самые большие надежды, отказались от военного антифашистского союза с СССР. Это была несомненная неудача “нового курса”.

Понятно, что внешнеполитический поворот производился очень акку­ратно, поскольку в партии и ее широком руководстве очень большим авторитетом пользовались старые большевики, которые продолжали мыслить категориями заговоров, уличных боев, тайных организаций и индиви­дуального террора. Несомненно, “центристская группа”, превратившаяся к тому времени в “узкое руководство” (Молотов, Орджоникидзе, Каганович, Ворошилов, позже Жданов), опасалась, что на любом пленуме их могут обвинить в ревизионизме и оппортунизме, исключить из партии и арестовать, поэтому действовала аккуратно, часто конспиративно.

Так, частью плана по созданию коллективной безопасности было вступление СССР в Лигу Наций. Но этот шаг был чреват для “узкого руководства” большими опасностями. Ведь эту международную организацию в полном соответствии с оценками Ленина у нас определяли как “ничем не прикрытый инструмент империалистических англофранцузских вожде­лений... Лига наций — опасный инструмент, направленный своим острием против страны диктатуры пролетариата”. Почти год втайне от членов ЦК велись дипломатические переговоры. Наконец 18 сентября 1934 года после ухода из Лиги Наций Германии и Италии по приглашению 30 стран в нее вступил СССР. Как тогда говорилось, чтобы использовать пребывание в ней для борьбы против фашистской агрессии и разоблачения пособничества агрессорам со стороны западных держав.

Во внутренней жизни задумывались еще более важные перемены. Обратите внимание, на съезде в 34-м году Сталин заговорил о демократии: “Господствующие классы капиталистических стран старательно уничтожают или сводят на нет последние остатки парламентаризма и буржуазной демократии, которые могут быть использованы рабочим классом в его борьбе против угнетателей”. Это абсолютно новый мотив в выступлениях советского руководства, который нельзя недооценивать. Некоторые положения буржуазной демократии должны были найти отражение в новой Конституции. Но главная цель ее создания — заменить существенную часть партократов специалистами, а потом постепенно ограничить и власть партии, а также продемонстрировать всему миру смену политики Советского Союза в сторону либерализации. К сожалению, ни одна из этих целей полностью достигнута не была.

Война против партократов

— Как же мог Сталин, сам будучи великим партократом, стремиться ограничить власть партии?

— Сталин хотел вообще отстранить партию от реальной власти. Поэтому и задумал сначала новую Конституцию, а потом, на ее основе, альтернативные выборы. А следом он намеревался принять новую Программу партии и Устав. Есть основания полагать, что партийные реформы могли быть еще более смелыми. Выступая нa пленуме в 1936 году, Сталин сказал: “У нас различных партий нет. К счастью или к несчастью, у нас одна партия”. А как известно, необдуманных мыслей он не высказывал.

Ограничить власть партии, уравнять ее с Советами — несбыточная мечта Сталина. Хотя выполнить эту задачу в 30-е годы не удалось, она будоражила его воображение всю жизнь. Так, в январе 1944 года решили собрать единственную за всю войну сессию Верховного Совета. Основной вопрос: создание во всех союзных республиках министерств иностранных дел и обороны в надежде сделать многие республики членами ООН. Как всегда, перед сессией собрался Пленум, а накануне — заседание Политбюро. На заседание Политбюро был вынесен необычный проект решения Пленума. Написан он был Молотовым и Маленковым, прочитан Сталиным. В проекте говорилось о том, что партийные органы всем руководят, но ни за что не отвечают. Такого положения больше допускать нельзя. В ведении партии следует оставить две функции: идеологическую работу и участие в подборе кадров. Во все остальные сферы партия не должна вмешиваться. Но этот проект не прошел даже через Политбюро. Эту идею Сталин пытался реализовать и после войны, но уже не успел.

Основной Закон 1936 года

— В чем коренные отличия сталинской Конституции от предыдущей, по сути, ленинской?

— Если внимательно прочитать сталинскую Конституцию 1936 года, то нетрудно заметить, что партия там появляется один-единственный раз в 125-й статье — сам номер уже говорит о многом. Это статья об общественных организациях. Там говорилось, что партия является ядром общественных организаций. Не ведущей силой страны и общества, каковой она стала в брежневской Конституции, а всего лишь ядром общественных организаций.