Читаем Наш Современник, 2004 № 05 полностью

Но не только автору “Тихого Дона” адресовались машинописные копии читательских писем. Они передавались также готовившему роман к изданию редактору. Замечания о противоречиях, описках, фактические данные, требо­вания по чистке языка романа — “сознательные читатели”, без преувеличения, проделали колоссальную редакторскую работу (в каком-то смысле она и станет основой “исправленного” издания 1953 г.). Скорее всего, что именно маши­нописи читательских писем использовались также при подготовке обзо­ров — их писали критики, писатели, члены рабочего редсовета издательства (см.: Обзор отзывов читателя на романы Шолохова // РГАЛИ. Ф. 613, оп. 1, ед. хр. 156). Подобные обзоры готовились по всем заметным изданиям 1930-х, и не вызывает сомнения, что они также передавались в высшие инстанции. Продолжение читательской истории “Тихого Дона” нужно искать, на наш взгляд, в архивах Кремля и Лубянки. Историю ожидания финала “Тихого Дона” можно было прервать, к тому были весьма веские формулировки в письмах “сознательных читателей” (планируемый в 1938-м Вешенским НКВД арест Шолохова не обошелся без санкции Москвы). Тем более что в 1937-м классический соцреалистический пример завершения “народной эпопеи” был уже написан, его дал влиятельный Ф. Панферов, и “сознательные читатели” одобрили безбрежно-эпический финал “Брусков” и не раз при этом попинали “Тихий Дон” (отзывы на роман “Бруски” находятся в архивах ГИХЛ). Правда, в ситуации с финалом “Тихого Дона” все оказалось сложнее, ибо она не исчер­пывалась “сознательными читателями”, а это было всенародное ожида­ние весьма сложного состава. Даже “сознательные читатели” проговари­вались, что “Тихий Дон” — самая любимая их книга, и не скрывали, что читатель-народ в лице известных им “малосознательных” читателей непра­вильно читает романы Шолохова.

Между публикацией 3-й (1932) и 4-й книги “Тихого Дона” образовался большой временной разрыв. Его нельзя было списать на критику и редакцию, как в случае с задержкой публикации 3-й книги (1929 г. — начало, 1932 г. — завершение публикации). 4-ю книгу Шолохов планирует завершить в 1934-м: “В этом году мне крайне необходимо разделаться с “Т. Д.” и “Целиной”...”* (письмо Е. Левицкой от 15 янв.; 9, 157); “В этом году хочу непременно закончить «Тихий Дон»” (письмо Е. Левицкой от 7 апр.; 9, 159). В 1935-м: “К весне сдам “Тихий Дон”. Осталось еще одно последнее сказание — и все!” (письмо Е. Левицкой от 27 мая; 9, 164); “Кончу его в конце года, если добрые люди не помешают” (письмо Е. Левицкой от 16 окт.; 9, 165). В 1936-м: “4-я книга будет готова не раньше конца этого года” (письмо чита­тельнице Кадышевой от 17 янв.; 9, 167); “В Сочи непременно приеду, как только разделаюсь с окаянной книгой” (письмо Н. Островскому от 14 авг.; 9, 167); “Яростно корплю над 4-й “Тих. Дона” и уже зрю конец” (письмо Ф. Князеву от 30 сент.; 9, 168). В 1937-м: “Я еще не закончил последнюю книгу “Тихого Дона”...” (письмо Г. Борисову от 5 янв.; 9, 169). Только в декабре 1936 г. и январе 1937-го начинают печататься главы 4-й книги. В 1938-м — публикация в первых трех номерах “Нового мира”, и — вновь остановка. В большом письме к Сталину от 16 февраля, полностью посвященном репрес­сиям 1936—1937 гг. в Вешенском районе, о “Тихом Доне” лишь в конце письма: “За пять лет я с трудом написал полкниги. В такой обстановке, какая была в Вешен­ской, не только невозможно было продуктивно работать, но и жить было безмерно тяжело” (письмо от 16 февр. 1938 г.; 9, 188). В письме от 16 октября — ни слова о романе: “Приехал к Вам с большой нуждой. Примите меня на несколько минут. Очень прошу” (9, 191). О том, что эта “большая нужда” заслонила литературные дела, признается в письме к Е. Левицкой: “...не пишу “Тих. Дон” вот уже 8 месяцев”. И здесь же: “Пишут со всех кон­цов страны, и, знаете, дорогая Евгения Григорьевна, так много челове­ческого горя на меня взвалили, что я уже начал гнуться. Слишком много для одного человека” (письмо от 23 нояб.; 9, 19). 1939-й: “Полтора месяца не брался за перо и вот только сейчас сажусь отвечать на письма, а за “Т. Д.” что-то боюсь браться там уж возьмусь и докончу этот осточертевший мне и добрым людям «Т. Д.»” (письмо Е. Левицкой от 30 июля 1939 г.; 9,193); “На днях, после тринадцатилетней работы, я кончаю «Тихий Дон»” (письмо И. Сталину от 11 дек.; 9, 194). 1940-й — публикация последних глав романа (февральский и мартовский номера “Нового мира”).