Читаем Наш Современник, 2003 № 09 полностью

Наоборот, события подтвердили, что народного мнения президент боялся больше всего. В том проекте постановления, который навязывался Съезду от его имени, пункта о референдуме как раз и не оказалось. И нетрудно понять, почему. Президентская команда намеревалась провести свое особое голосование под общим руководством вице-премьера В. Шумейко. Эти лихие ребята собирались сами назначать избирательные комиссии всех уровней, сами их контролировать, сами финансировать, сами агитировать через послушные государственные СМИ, сами подводить итоги, руководствуясь при этом не Законом о референдуме, а Законом о выборах президента. Готовилась очередная грандиозная фальсификация общественного мнения, которая была сорвана постановлениями Съезда о референдуме и о государственных средствах массовой информации.

Назначен настоящий, а не бутафорский референдум с четко сформулиро-ванными вопросами, исключающими возможность толкования их вкривь и вкось. В таких условиях выторговать у народа поддержку антинародного курса было практически невозможно….

… Думаю, что ни у кого из коммунистов не вызывала сомнений наша позиция по первым трем вопросам референдума. Никакого доверия Б. Ельцину, никакой поддержки его курсу реформ, провести досрочные перевыборы президента. Что же касается целесообразности досрочных перевыборов депутатского корпуса, то здесь нужно было все тщательно продумать и взвесить. Стоило ли сменять законодательную власть, когда она только начинала приобретать профессионализм, проникаться ответственностью за судьбу страны и государства?

Хочу еще раз подчеркнуть: Съезд народных депутатов стал эффективной стабилизирующей силой, что в условиях непрекращающихся попыток свернуть с конституционного пути развития имело решающее значение.

ВЕСНА ИЛЛЮЗИЙ

Такое название дала редакция «Советской России» фрагментам моего доклада на III пленуме ЦИК КПРФ 20 мая 1993 года. Доклад стал плодом коллективного анализа ситуации, сложившейся после референдума 25 апреля и майских событий в Москве. Мне казалось, он должен был положить начало принципиально новому, свободному от эйфории, деловому подходу к ближайшим задачам партии, включая ее отношение к продолжающимся попыткам неконституционного протаскивания новой Конституции, назначению досрочных выборов и тому подобным попыткам ползучего переворота.

Вы, конечно, хорошо помните, в какой напряженной обстановке завершался наш предыдущий пленум 20 марта. Нам уже было известно основное содержание президентского указа об ОПУСе, ожидалось выступление Ельцина по телевидению, за которым могли последовать дальнейшие авантюрные шаги. Пришлось срочно вырабатывать мероприятия, направленные на предотвращение государственного переворота.

За истекшие с тех пор два с небольшим месяца обстановка не стала ни менее напряженной, ни менее сложной. Партия прошла сквозь полосу нелегких испытаний, которая совпала с периодом ее идейного и организационного восстановления. С точки зрения проверки дееспособности организаций исполнительных органов партии, поиска новых форм и методов борьбы в экстремальных условиях, это оказалось для партии даже полезным. Сегодня нам предстоит проанализировать и критически осмыслить накопленный опыт…