Читаем Наш Современник, 2003 № 08 полностью

Виктор Туров (кинорежиссёр, Белоруссия): “Золотой Витязь” пытается вернуть духовность, нравственность на экран, он напоминает зрителям, кто мы, откуда мы, где наши корни”.

Йован Маркович (кинодраматург, Югославия): “Золотой Витязь” должен продолжать свой путь. Должен бороться — с мужеством одинокого рыцаря”.

Ян Якуб Кольский (кинорежиссёр, Польша): “Весьма таинственным способом я отказался от поездки в Америку и приехал сюда. Мне потребуется много времени, чтобы осмыслить то, что со мной происходит. Я задал себе вопрос: как я выступлю здесь — как поляк, как католик или как кинемато­графист? Я узнал, что часть моих коллег, которые собирались сюда приехать, отказались это сделать, потому что начали сомневаться — не будет ли это политической акцией. Когда я побывал в посольстве, эхо подобных рассуж­дений коснулось и меня. Убежден, что здесь я прежде всего как кинемато­графист. Я обращаюсь к своей душе и не могу делить: вот — православный фильм, а вот — католический. Из Польши до меня дошли домыслы, будто я перешёл в православие. Хотел бы успокоить своих коллег, которые волнуются за меня: я не перешёл в православие, но утвердился в том, что занимаюсь самым прекрасным делом в мире — делом, благодаря которому встретился с “Золотым Витязем”.

Вахтанг Кикабидзе: “Создание подобного кинофорума — большой подвиг. Приветствую тех, кто осуществил его. Без культуры нет будущего. Мне очень нравится название “Золотой Витязь” — звучит красиво...”.

Реваз Чхеидзе (кинорежиссёр, Грузия): “Это особый фестиваль”.

Станислав Говорухин: “Сегодня объединение здоровых сил очень важно, и энтузиасты, работающие на этой ниве — герои. И фестиваль “Золотой Витязь” — замечательное дело, ведь, может быть, получится собрать именно ту часть творческой интеллигенции, от которой, в конечном счёте, всё и зависит...”.

Эльза Дильмухамедова (кинорежиссёр, Казахстан): “Фестиваль в этом году получил государственную поддержку, но, как мне кажется, он и без того пользуется покровительством высших сил. Я уверена, очень скоро он станет главным российским киносмотром, ибо люди повсеместно ищут веру, нащупывают дорогу к Богу. А “Золотой Витязь” на эту дорогу уже давно вышел”.

Стево Жигон (режиссёр, актёр, Югославия): “XX век можно назвать если не славянским, то во всяком случае русским... И вот в этом XX, русском, веке русские и их братья по судьбе в истории и культуре должны терпеть унижения, выслушивать проповеди о превосходстве западной мещанской демократии, о благоустройстве капиталистического рынка и “правах человека”... Эпоха славян только начинается. Я уверен, что именно мы найдём ту меру ума и сердца, успеем составить всё то, чем умел одарить человечество так шикарно умирающий капитализм и чем одарил человечество так бессмысленно умерший социализм. Мы все должны собраться и душой и телом, чтобы наши потомки могли продолжить то, что славяне начали уже давным-давно, когда Русь обороняла Европу от татар, а Сербия — от турок”.

Леонид Филатов: “К фестивалю “Золотой Витязь” у меня особое отношение, особое отношение и к позиции Николая Бурляева, к его усилиям, к самой идее. Хочешь не хочешь, но на фоне происходящего она единственная жизнеспособная. Она необходима и рождена не болтовнёй, но самой жизнью”.

Людмила Чурсина: “На сегодняшний день для меня по-прежнему остается вопросом: сохранит ли наш кинематограф верность самому себе, сохранит ли свое русское, российское лицо? Веками передаваемый опыт, культура, традиции — всё сметено. Вводится какая-то непонятная, чуждая нашему ритму, нашему географическому пространству жизнь. Чтобы не раствориться в чужой культуре, не погубить и не растоптать своё — надо учиться отличать, что для нас приемлемо, а что — нет”.

Михаил Ножкин: “Я поддерживаю “Золотой Витязь”, который выполняет миссию объединения всех добрых сил на огромной исторической территории”.

Николай Ерёменко (младший): “Происходит конверсия души, вкуса, требовательности, необходимости ума как инструмента человеческой жизни. Это конверсия духа. Русского духа... Молодые режиссёры снимают “европейское кино”, не понимая, что всегда и во всём мы будем интересны только тогда, когда будем самобытны. И русский кинематограф выживет уже хотя бы потому, что он нужен русскому народу”.

Владимир Заманский: “Тема православия имеет кардинальное значение для сегодняшней России. Только вокруг идеи православия люди могут объединиться, чтобы противостоять разрушительным силам. Если на фестивале появятся хотя бы 2—3 картины, через которые голос православия, христианства дойдёт до народа, то фестиваль выполнит свою миссионерскую задачу”.