Читаем Наш Современник, 2002 № 12 полностью

Призывая все нации к пресловутой толерантности, еврейские орто­доксы готовы беспощадно преследовать любые призывы к терпимости в своей собственной среде. Показательны и аргументы, которыми раввин Сакс пытался защититься от критиков. Представ перед Советом ортодоксальных иудейских теологов, он заявил, что “его высказывания предназначены для   н е е в р е й с к о й   аудитории” (там же. — разрядка моя. — А. К. ). Иными словами, неевреям полезно внушать мысль о терпимости иудеев — яростно отвергаемую в самом еврействе.

И это не отвлеченные богословские споры. Нетерпимость стала определяющей чертой политики израильских властей. К несчастью, ей все более заражается и израильское общество. Согласно опросам, половина израильтян одобряет идею насильственного выселения палестинцев в другие арабские страны. А 32 процента выступают за депортацию даже граждан Израиля арабского происхождения (“Новые Известия”.13.03.2002).

Как это согласуется с призывами к   н а с и л ь с т в е н н о й   толерантности, на которые столь щедра еврейская пресса в России? С поддержкой исламских радикалов — от татарских сепаратистов до чеченских террористов?

Рискну предположить (утверждения в данном случае невозможны из-за недостатка сведений), что мы имеем дело с достаточно характерной комбинацией. Ввиду нехватки данных будем исходить из прецедента — деятельности таких представителей еврейства, как Б. Березовский и В. Гусинский. На мой взгляд, рассматривать их в качестве “представителей” вполне корректно: один возглавлял Российский еврейский конгресс, другой являлся гражданином Израиля.

Полагаю, всем памятно, как Б. Березовский и В. Гусинский   и с п о л ь з о в а л и   чеченцев в обеих военных кампаниях. К примеру, по утверждению французской газеты “Монд”, в августе 1999 года, за неделю до вторжения Басаева в Дагестан, Березовский передал его эмиссару 30 млн долларов  (М я л о  К. Россия в последних войнах XX века. М., 2002). Скорее всего, и сегодня кавказскую (и шире — мусульманскую) карту вновь используют в чужой игре.

Сказанное не означает, что тех же чеченцев следует изображать в качестве невинных жертв, чем грешит подчас даже патриотическая пресса. Они   с о г л а с и- л и с ь   и г р а т ь   отведенную им роль, щедро оплатив свое участие в чужой игре сначала кровью русских жителей Кавказа, а затем и кровью русских солдат. У них был   с в о й   расчет: с помощью Гусинских и Березовских добиться независимости, реальной власти*.

В перспективе перед мусульманами Кавказа (равно как и их единоверцами в Поволжье и Сибири) маячит грандиозная цель — создание исламского Халифата от Тихого до Атлантического океана. И это не бредни энтузиастов. Духовный лидер Исламской революции аятолла Хоменеи на встрече с членами комитета по координации пропагандистской деятельности Организации Исламская Конференция в Тегеране (1998), напомнив об исламизации Кавказа и Средней Азии — “с опорой джихад и меч”,— заявил: “Современный мир жаждет ислама... Перспектива современного мира свидетельствует о том, что будущий (XXI. — А. К. ) век станет веком ислама” (цит. по: “Наш современник”, № 2, 2000).

Для каких целей используют воинственных джигитов? Во-первых, кавказские народы достаточно многочисленны и пассионарны. Появившись в местах традиционного расселения русских, они нередко на бытовом уровне вступают с ними в конфликт и   п о д а в л я ю т   способность к сопротивлению. Выступают в роли своего рода  у д а р н ы х  о т р я д о в. Во-вторых, мусульманские республики в составе России (кавказские и поволжские) не раз демонстрировали стремление к большей самостоятельности: крайний случай — Чечня. В перспективе при ослаблении Центра эти тенденции можно использовать для разрушения России. В-третьих, при росте недовольства русского населения своим социальным и государственным статусом его гнев можно будет направить против все тех же “лиц кавказской национальности”, а также мусульман в целом. В перспективе это опять-таки обеспечивает развал России или, как минимум, уход от ответственности за разграбление страны.