Читаем Наш Современник, 2002 № 09 полностью

— Выше я уже сказал, что богоданность Сергея Тимофеевича Аксакова гораздо шире того круга понятий, который вслед за А. П. Платоновым очертил В. В. Кожинов: “...в то время, когда Аксаков начал создавать “Семейную хронику”, великая русская проза еще не существовала (за исключениям “Жития” Аввакума, известного тогда лишь в кругу старообрядцев), и как бы только сам Бог мог дать ей первотолчок, подарив Слово Аксакову...”. Богоданность “Семейной хроники” и в том, что она неназойливо, можно сказать, на генетическом уровне утверждает, что только в крепкой семье, в семейных отношениях с природой, в семейных отношениях в народе и между народами возможно будущее России, как и всего человечества. Но богоданность Сергея Тимофеевича Аксакова выразилась в самой родословной этой великой русской семьи. Сумев понять во всей полноте и многогранности суть Аксакова и Аксаковых, их тихой, непартийной власти над людьми, мы, может, полнее сумеем понять предназначение России как Божественного замысла. Мало кто придавал значения факту их национального происхождения. Какой тут вопрос, скажут мне: ну, конечно же, русские! Кто же тогда русские, если не Аксаковы?! Да, русские, и этот факт лишний раз доказывает, что “русский” понятие не крови, а отношения к Державе. Потому что Аксаковы самым счастливым образом соединили в себе славянскую и тюркскую кровь. И великая сказка Сергея Тимофеевича “Аленький цветочек”, так близкая русскому человеку, несет в себе огромный пласт фольклора Востока. Корни Аксаковых, несомненно, тюркского происхождения: “Аксак” в переводе с тюркского — хромой. И обликом Аксаковы больше тюрки, чем славяне. Но Аксаковы соединили в себе, может, сами до конца того не осознавая, гораздо больше, чем кровь, они соединили в себе две великие духовные цивилизации: Православие и Ислам. Как заметил на одном из Аксаковских праздников Верховный муфтий России Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин, “зная или не зная об этом, Сергей Тимофеевич Аксаков даже в облике своем, в своей одежде воплощал идею взаимоприемлемости, взаимовлияния Православия и Ислама, взять даже то, что он не носил усов. Славянин, православный, если носит бороду, непременно носит и усы. А он не носил. А пророк Мухаммад говорил: “Отпускайте бороду, а усы сбривайте”.

Но это еще не все. Выразившие наиболее ярко национально-православную идею России сыновья Сергея Тимофеевича Аксакова, великие русские, великие славянофилы Иван, Константин и Григорий, оставшийся в тени братьев, — а он был одним из лучших губернаторов российских, — по матери (а она была полутурчанка) — из рода эмиров, прямых потомков пророка Магомета. Все это далеко не случайно. И случайно ли, что освободителем болгар и сербов от турецкого ига в XIX веке стал не кто иной, как полутурок, прямой потомок пророка Магомета Иван Сергеевич Аксаков? Как не случайно и то, что Духовное управление мусульман России Екатериной II было создано не в Казани, не в Москве, а именно в Уфе, на родине Сергея Тимофеевича Аксакова, и по предложению не кого-нибудь, а его крестного отца сенатора Дмитрия Борисовича Мертваго. Сейчас я не буду вдаваться в подробности этого уникального и не случайного для России и для всего мира явления. Без сомнения, из Аксаковых взросла великая евразийская мысль. Аксаковы, повторяю, — не только великое прошлое, но и великое будущее России. Это своего рода указующий Божий перст. И осознав это, Аксаковский фонд вот уже десять лет на границе Европы и Азии, на границе славянского и тюркского мира, Православия и Ислама строит тот особый аксаковский мир согласия и взаимопонимания народов России как единственный залог ее будущего. И не случайно, что в попечительский совет Фонда вместе с архиепископом Уфимским и Стерлитамакским Никоном входит и Верховный муфтий России Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин. Он — постоянный и почетный гость ежегодного Международного Аксаковского праздника. И не в упрек православным иерархам будет сказано: именно он, Верховный муфтий России, сказал на Аксаковском празднике, а потом повторил на Всемирном Русском Соборе высокие слова о Святой Руси: “Понятие Святая Русь — не просто красивый образ, относящийся к безвозвратному прошлому. Уверен, что это и будущее России. Привыкли, что понятие “Святая Русь” — только для православных. Но мы, мусульмане, которые сейчас живут по всей России, по своей истории знаем, что наши предки приняли Ислам добровольно, у нас, как и у православных, тоже была свобода выбора. А когда вера выбирается добровольно, это и есть святое. Потому естественно, нормально и нужно мусульманину называть свою Отчизну, которая у нас общая с православными, Святой Русью. И русский царь признавался мусульманами Белым царем, за которого молились во всех мечетях России...”