Читаем Наш Современник, 2001 № 11 полностью

В. С.: Оценивать масштабное начинание по первым результатам всегда трудно. Но приходится признать: пока эти результаты не слишком впечатляют. Считается, будто введение единого экзамена снимет проблему коррупции при приеме в вузы. Но как бы не произошло то, чего опасаются скептики — не опустилась бы коррупция на местный уровень. Из регионов, которые были выбраны для эксперимента, приходит масса писем: тесты становятся известны заранее. То же, кстати, происходило и на обычных выпускных экзаменах. В этом году задачи письменного экзамена по математике за неделю появились на сайте в Интернете... Что же касается единого школьного экзамена, то на Госсовете было принято решение: не спешить внедрять его повсеместно, провести двухгодичный эксперимент, а потом снова вернуться к обсуждению вопроса.

А. К.: Виктор Антонович, Вы много общаетесь со студентами, хорошо знаете их. Каков социальный портрет современного студента? Отличается ли он от учащихся 60—70-х годов?

В. С.: В меру сил я стремлюсь возродить и такую традицию Московского Университета, как особый демократизм, открытость в отношениях между профессорами и студентами. После избрания ректором я не отказался от преподавательской работы — читаю лекции, веду семинар. Кроме того, я регулярно встречаюсь с коллективами факультетов — хожу, когда приглашают, но иногда и сам “напрашиваюсь”. За год проходит до 20 таких встреч. Так что современных студентов я, действительно, знаю не понаслышке. От поколения 60—70-х они, разумеется, отличаются. То поколение было более настроено на учебу, “злее” до учебы, что ли. Был и некий идеализм, вера в достижения и возможности науки. Нынешнее поколение более информировано, более свободно в своих суждениях, смелее в отстаивании собственного мнения.

Для того чтобы яснее представить себе портрет студента, в МГУ проводят регулярные социологические опросы. Они показывают, что современные студенты достаточно самокритичны и в то же время предъявляют высокие требования к преподавателям. Что касается мыслей о будущем, то здесь их ожидания достаточно практичны: 80 процентов собираются работать по специальности. Каждый четвертый выпускник хотел бы поступить в аспирантуру. 8 процентов ориентируются на выезд за границу.

А. К.: Я как раз хотел спросить об этом. Россия страдает от утечки мозгов. По существу, наше нищее образование субсидирует науку США и Западной Европы. Какие пути выхода из ситуации Вы видите?