Читаем Наш Современник, 2001 № 10 полностью

У Шмидта все было иначе... Командующий эскадрой Чухнин, думается, устал переводить строптивого мичмана с корабля на корабль и улаживать бесконечные скандалы. Однако он обещал сенатору-адмиралу заботиться о Шмидте и старался сдержать свое слово. Он же, несмотря на сопротивление офицеров, добился присвоения ему очередного лейтенантского звания. Но и это не все. У Шмидта вскоре начались психические припадки и истерики, а потому его пришлось срочно убрать с канонерской лодки “Бобр” и уложить в соответствующую клинику в Нагасаки. Об этом Чухнин незамедлительно проинформировал дядю, после чего адмирал быстро забрал племянника в Петербург. Думал ли контр-адмирал Чухнин, какая встреча ждет его с бывшим подчиненным впереди... А Шмидта пока ожидало долгое лечение в лучших психических клиниках столицы, в том числе и в знаменитой Калинкиной. Одновременно разладилась и личная жизнь. Жена, громогласно заявив о психической неполноценности мужа, снова вернулась к старому позорному ремеслу. И психически больной Шмидт остался один с малолетним сыном на руках. В это время его обуревает навязчивая идея создать воздушный шар и полететь с бомбами во Францию. Почему Шмидт хотел разбомбить именно Париж, в точности неизвестно. Однако именно эта идея приобретения всеевропейской известности, наряду с идеей перевоспитания проституток, отмечены в его лечебном деле. Шмидт мечтает о подвиге и о славе! Все симптомы шизофрении на почве мании величия налицо! На сей раз все могло закончиться для больного офицера печально. Но снова на выручку пришел дядя сенатор. Он добивается не просто увольнения непутевого племянника со службы, но, замяв все дела с психическими клиниками, устраивает его на весьма доходную и престижную службу в Добровольный флот. Несколько лет Шмидт плавает старшим офицером на пароходе “Кострома”, затем капитаном парохода “Диана”. Здоровье его заметно улучшается. Капитан Шмидт находится на неплохом счету. Наверное, он так и остался бы плавать на океанских рейсах, и мы никогда ничего бы не узнали о мятежном лейтенанте, если бы не крутые повороты политики.

В 1904 году вероломным нападением на порт-артурскую эскадру началась русско-японская война. На Балтике спешно готовили корабли для отправки на дальневосточный театр военных действий. Шмидта, как военнообязанного, призвали на действующий флот и назначили старшим офицером военного транспорта “Иртыш”. В отечественной исторической литературе Шмидта часто именуют отставным лейтенантом. Это большое заблуждение. Дело в том, что Шмидт был не отставным лейтенантом, а лейтенантом запаса, а это большая разница, так как отставников, как известно, на службу не призывают, зато запасников в случае войны обязательно. Шмидт плавал на судах так называемого Добровольного флота. Этот флот был создан правительством для дальних океанских плаваний, в первую очередь между западными портами России и Дальним Востоком. В случае войны быстроходные транспорты сразу же должны были становиться вспомогательными крейсерами-рейдерами, а их капитаны, имеющие военное образование и опыт дальних плаваний, должны были вести суда на уничтожение неприятельских коммуникаций. Поэтому факт назначения Шмидта старшим офицером уходящего на войну судна был весьма логичен. Удивительно лишь то, почему его не назначили капитаном. Это с его-то связями! Скорее всего этой ответственности побоялся сам Шмидт.

Транспорт “Иртыш” вошел в состав Второй Тихоокеанской эскадры. Вскоре начался беспримерный переход эскадры через три океана. “Иртыш” был направлен по сокращенному пути через Суэцкий канал и Красное море. Впереди была неизвестность и неизбежная встреча с куда более мощным японским флотом. Вот бы где проявить себя романтику и “рыцарю чести” Петру Шмидту! Что может быть лучше для такого человека, чем сразиться лицом к лицу с врагами своего Отечества! Тем более что маршрут перехода на Дальний Восток был знаком старшему офицеру “Иртыша” за годы океанских плаваний на “Диане” как свои пять пальцев. Но происходит невероятное! В Суэце Шмидт внезапно для всех списывается с корабля. Почему списался Шмидт? Отечественные историки невнятно говорят о некой болезни, якобы поразившей офицера, рвавшегося на поле брани. Однако диагноз болезни весьма невнятен, сказано лишь, что по состоянию своего здоровья он не может долго пребывать в тропических широтах. Раньше, служа на “Диане”, мог, а теперь вдруг нет. К тому же эскадра должна была находиться в южных широтах весьма непродолжительное время, так как имела целью прорыв на Владивосток. Может, опять начались психические припадки? Но ни один из источников ничего не говорит на сей счет.

Так почему все же списался Шмидт? Ведь именно сейчас он, казалось бы, как никогда, был близок к своей давнишней мечте совершить великий подвиг самопожертвования! Кажется, такой шанс, ан нет, почему-то передумал!