На всякий случай Арч зажег фонарик, осмотрел пневмач. Нажал защелку, снял магазин, осторожно извлек из него верхний баллончик с никелированной игольной пулей, повертел в пальцах, вставил обратно. Потрогал неподатливый, тугой рычаг затвора. Потом взялся за рукоять, положил палец на гашетку. Что ж, если дойдет до дела, выстрелить он сумеет. Штука в общем нехитрая. Он присоединил магазин, положил оружие на пол и выключил фонарик.

Ему пришло на ум, что здесь, в порту, склады ломятся от съестных припасов. Покуда не рассвело, можно рискнуть, попробовать разжиться едой и питьем. Только бы отыскать люк, из которого можно вылезти незаметно, тихо, в укромном закутке.

Неожиданно среди кромешной тьмы колодца забрезжил свет. Арч схватил пневмач, поднялся на ноги. Слабое свечение шло сбоку, из ближнего тоннеля — кто-то с фонариком полз в сторону колодца. Если это споки догадались проверить подземные ходы, дело дрянь. Однако, скорей всего, какой-нибудь кабельщик делает проверку либо чинит обрыв.

Человек с фонариком приближался. Арч прислонился к стене возле освещенного прямоугольника тоннеля, взял пневмач наизготовку.

Из отверстия высунулась взлохмаченная голова, обильно припорошенная цементной пылью. Арч уткнул дуло в затылок.

— Стоп, не шевелиться. Получишь пулю.

Голова вздрогнула, замерла.

— Кто таков? — спросил Арч.

Ответа не последовало.

— Я спрашиваю, кто ты такой.

— Никто.

Приставив к мозжечку собеседника дуло, не приходится рассчитывать на теплый доверительный тон. Однако человек из тоннеля умудрился вложить в одно-единственное слово удивительную, неописуемую дозу ненависти.

— Та-ак, — обескураженно протянул Арч. — А чего ты тут ползаешь, мил друг?

Последовал шквал отборных выражений, из которых самым лестным было «спок вонючий».

— Ошибаешься, приятель, — возразил Арч. — Я не вонючий. И даже не спок. Вставай, знакомиться будем.

Он отвел пневмач в сторону, и красноречивый незнакомец вылез из тоннеля. Малоросый, щуплый, выглядел он лет на сорок или немногим больше. Грязные отрепья опоясывал кусок электропровода, за ним наискось торчала остро заточенная отвертка. Локти и колени обмотаны толстым слоем паковой ткани. На шее болтался мощный аккумуляторный фонарь.

— Меня зовут Арч Ку Эхелала Ди. А тебя?

Оборванец не спешил отвечать. Он оглядел Арча с головы до ног, задержался взглядом на пневмаче.

— Откуда хлопушка?

— Одолжил побаловаться.

— Между прочим, наверху стоит большой хай. Видимо-невидимо споков, и броневики, штук пять. Ты случайно не знаешь, чего они так взбесились?

Арч кивнул.

— Случайно знаю. Там двое патрульных очень плохо себя почувствовали. Да еще хлопушка пропала. Как не заволноваться.

Щуплый незнакомец широко ухмыльнулся.

— А ты мне нравишься, Эхелала. Можешь звать меня Тил.

Сверху донесся рев мотора, по люку прогрохотали колеса броневика.

— Как думаешь, Тил, они сюда не заглянут?

— Раньше вроде не совались. Хотя такого могучего шухера я не припомню.

— То-то и оно. Не худо бы перебраться куда-нибудь, где потише и поуютнее. Тут сыщется такое местечко?

— А я как раз туда направлялся, — сказал оборванец. — Двигай за мной.

Он опустился на четвереньки и юркнул в ход, противоположный тому, из которого вылез. Арч последовал за ним.

По тоннелю Тил передвигался с завидной быстротой и сноровкой. Как Арч ни старался, дистанция между ними понемногу росла. Началась ломота в суставах и пояснице, кожу саднило, да так, словно холодного бугристого бетона касалось обнаженное мясо.

— Э-эй, не так шибко, — взмолился Арч.

— Хочешь жить — пошевеливайся, — огрызнулся Тил, однако смилостивился, поубавил прыти.

— Далеко еще?

— Чуток осталось.

Наконец они добрались до следующего колодца. Арч растянулся на полу в изнеможении. Тил уселся рядом и, сопя, начал возиться со своей амуницией. Потом толкнул Арча в бок.

— Ну-ка, подставляй костыли.

Оказалось, он снял с себя обмотки из тюковины.

— А ты как же? — запротестовал Арч. — Брось. Доползу.

Тил оголил руку и показал ему локоть с заскорузлой кожной мозолью.

— Понял? Давай, намотаю — легче будет.

Арч послушался, и вскоре его истерзанные колени и локти были плотно забинтованы.

Следующий переход оказался короче, а колодец — крупнее, с десятью ходами.

— Пришли, — объявил Тил.

Он вытащил из-за пазухи связку причудливых отмычек. В полу колодца обнаружился небольшой никелированный люк с замком.

— Ты никак собрался к Папе в гости? — спросил Арч.

— Угадал, — буркнул Тил, орудуя отмычкой. — До него самого, правда, не доберемся. Но это каналы спецсвязи. Там шмонать не будут, нипочем.

— В самом деле? — усомнился Арч.

Послышалось короткое хихиканье.

— То-то и оно. Совершенно секретно, доступ закрыт.

Замок скрежетнул, и Тил с натугой поднял крышку.

— Залезай, Эхелала. Выкрутились.

3