Окруженный сказочным великолепием чужой планеты, он не испытывал ни малейшего восторга, и даже мысль о собственной свободе и бессмертии не пьянила его, как прежде. Наконец сбылось долгожданное, ему предстояло возвращение на свою планету. В который раз Арч вспомнил бетонные чащобы Тхэ — давка, грязь, вонь, всюду лишь облупленные стены, подслеповатые окна, шелушащаяся унылая краска и пухлая ржавчина лестниц, ярусов, мостков, барьерных сеток. Бессмысленная спешка, толчея, нескончаемые людские потоки, хмурые лица и тусклые глаза; можно сутками слоняться в толпе, так и не встретив ни единой улыбки… Он доел последний плод и зашвырнул огрызок далеко в озеро.

Еще вчера его жизнь имела смысл и четкую цель — надо окончить курс обучения и добиться, чтобы его направили на Тхэ. Он особо не задумывался над дальнейшим, просто хотел вернуться, не осмысливая толком, почему, зачем, ради кого и чего. Повсюду он чувствовал себя чужим, даже пройдя через Адапторий и Разведучилище. А там, на Тхэ, не осталось ничего и никого своего, кроме худенькой глазастой девушки, которая так и не решилась стать его женой, и уже не станет ею никогда. Да и сам он, Арч Ку Эхелала Ди, совсем не тот, что прежде. Он разведчик, глаза и уши могучей, процветающей цивилизации, но какой в том прок для него, для Амы, для планеты Тхэ и для Галактической Лиги, наконец; ведь он, по сути, не в силах что-либо изменить к лучшему. Его наделили бессмертием, ему дали то, к чему он стремился, — место в Разведслужбе. Однако и то, и другое полностью утратило цену в его глазах. Ему нечего предпринять ни для себя, ни для своих бывших сограждан. Прошлого не вернуть, с Амой ему не быть, а Тхэ никогда не станет цветущей Альцией. И ни одну планету в невообразимо огромной Галактике он теперь не способен назвать своей, родной. Ему принадлежит весь этот громадный звездный мир, но нигде не отыщется уголка, в котором он не чувствовал бы себя безродным пришлецом.

Раздумья прервал вкрадчивый писк наручных часов, напоминавший, что пора лететь в космопорт. Арч вздрогнул, перед прогулкой он установил таймер машинально и тут же забыл о нем.

Быстрым шагом он направился обратно, а когда вышел к стоянке, увидел, что она пуста. Его сумка валялась на скамейке, поодаль. Арч не обиделся. Раз уж кто-то позволил себе вытряхнуть чужие вещи из бота и улететь, значит, на то имелись веские причины.

В углу площадки стояла коммуникаторная кабина. Несколько минут ушло на переговоры с ближайшей диспетчерской. Оказалось, на Цветочном нагорье начинается грандиозный карнавал, многие горожане отправились туда, и возникла временная нехватка летательных средств. Скомпенсировать ее обещали не раньше, чем через три четверти часа. Около тысячи транспортных единиц согласились выслать из близлежащих областей.

Арч прикинул: он успевает на звездолет лишь в том случае, если бот действительно подадут через три четверти часа. Однако никаких гарантий на этот счет не имелось. Стало быть, надо проситься на попутные суда.

Переключившись на канал общего оповещения, Арч не спеша, раздельно произнес: «Всех следующих курсом 190–210, район озера Гарж, прошу подвезти до второго пассажирского. Я один, без багажа». Повторил дважды, прислушался. Пустой эфир шелестел, потрескивал, будто в коммуникаторе завелся некий грызун. Арч снова сделал вызов, добавил: «Опаздываю на межзвездный».

«Ау, одиночка без багажа!» — послышался девичий голосок из динамика. — «Давайте пеленг». — «Вас понял. Включаю». — «Держитесь, иду на сближение». — «Спасибо». — «Пожара нет? Кислорода вдоволь?» — «А я не замечаю таких пустяков». — «Рада за вас».

Маленький двухместный бот появился совсем не с той стороны, с какой Арч ожидал его увидеть, и лихо, почти не сбавляя скорости, влип в посадочную чашу. Колпак раскрылся, девушка в розовом платьице, привстав с пилотского сиденья, помахала рукой.

— Милости прошу!

В нерешительности Арч остановился перед ботом, теребя ремешок сумки.

— Вам же не по пути, — сказал он. — Вы шли почти противоположным курсом.

— Но я не опаздываю на межзвездный. Садитесь же.

Арч отбросил ненужную щепетильность и одним махом очутился на сиденье.

— Спасибо вам.

— Не стоит благодарности.

Колпак сомкнулся, «двойка» стремительно рванулась в небо.

8

Искоса Арч разглядывал свою спасительницу — миловидное скуластое лицо со вздернутым носиком, длинные волосы схвачены цветной тесьмой. Худенькая загорелая рука небрежно лежала на штурвале.

— Когда ваш межзвездный? — осведомилась она.

— В двадцать-сорок по местному.

— У-у, значит, мы еще успеем глотнуть по капельке сока, — девушка энергично ткнула клавишу автопилота и повернулась к Арчу. — Всегда мечтала познакомиться с пилотом межзвездного. Меня зовут Ликка. А вас?

— Арч. Почему вы решили, что я пилот?

Ликка хитро прищурилась.

— Во первых, вы не с Альции. Акцент выдает. Легкий, но есть.

— Допустим. Но это еще не показатель профессии.

— Во-вторых, вы необычайно похожи на пилота. У вас очень мужественное лицо.

— С тем же успехом я могу быть, к примеру, цветоводом, — возразил Арч.