Читаем Народная Русь полностью

Кончается год Васильевым вечером («богатый», «щедрый» вечер, также — «Авсень», «Овсень», «Усень», «Таусень»), Васильевым днем начинается. 1-е января — Новый год — слывет в народе за «Василь-день», а по месяцеслову Православной церкви посвящается не только чествованию св. Василия Великого, архиепископа кесарийского, но и празднованию Обрезания Господня. «Свинку да боровка — для Васильева вечерка!» — говорит деревня, приговаривая: «В Васильев день — свиную голову на стол!». Считается чествуемый в этот день святитель покровителем свиноводов. «Не чиста животина свинья», — можно услышать в народе, — «да нет у бога ничего нечистого: свинку-щетинку огонь палит, а Василий зимний освятит!». Слывет починающий год Василий за «зимнего» — в отличие от Василия-капельника (день 7-го марта), Василия-теплого, памятуемого 22-го марта, и Василия Парийского, — на которого (12 апреля) «весна землю парит». По народной примете, звездистая ночь на Василь-день обещает богатый урожай ягод. Святитель Василий Великий — не только покровитель свиноводства, но и хранитель садов от червя и ото всякой помахи. Потому-то и принято у садоводов, придерживающихся дедовских обычаев, встряхивать утром 1-го января плодовые деревья. Встряхивают они яблони-груши, а сами приговаривают: «Как отряхиваю я, раб божий (имярек), бел-пушист снег-иней, так отряхнет червя-гада всякого по весне и Святой Василий! Слово мое крепко. Аминь». Хоть, по народному поверью, и скрадывают ведьмы месяц на Василь-вечер, но никакими хитростями не укоротить дня темной силе лукавой: день растет, ночи Бог росту убавляет — что ни сутки, все приметнее. Приходит Св. Василий Великий в народную Русь на восьмой день Святок, в самый разгар гаданий святочных. «Загадает девица красная под Василья, — все сбудется, а что сбудется — не минуется!» — говорят в деревне, твердо верящей в силу гадания, приурочиваемого к этому вещему дню. Многое множество обычаев было связано в народном воображении с Васильевыми вечерами; немало дошло их и до наших забывчивых, недоверчиво относящихся ко всему старому дней. И теперь местами, по захолустным уголкам Руси великой, отголоском стародавней обрядности — блюдутся такие обычаи, как варка «Васильевой каши», засевание зерна, или хождение по домам. Васильева каша варится спозаранок, еще до белой зорьки. Крупу берет большуха-баба из амбара заполночь; большак-хозяин приносит в это же время воды из колодца. И ту, и другую ставят на стол, а сами все отходят поодаль. Растопится печь, приспеет пора затирать кашу, семья садится вокруг стола, стоит только одна большуха (старшая в доме), — стоит, размешивает кашу, а сама причетом причитает: «Сеяли, растили гречу во все лето, уродилась наша греча и крупна, и румяна; звали-позывали нашу гречу во Царь-град побывать, на княжий пир пировать; поехала наша греча во Царь-град побывать со князьями, со боярами, с честным овсом, золотым ячменем; ждали гречу, дожидали у каменных врат; встречали гречу князья и бояре, сажали гречу за дубовый стол пир пировать; приехала наша греча к нам гостевать»… Вслед за этим причетом хозяйка берет горшок с кашей, все встают из-за стола: каша водворяется в печи. В ожидании гостьи-каши коротают время за играми, за песнями да за прибаутками всякими. Но вот она и поспела. Вынимает ее большуха из печки, а сама опять — с красным словцом своим: «Милости просим к нам во двор со своим добром!». Все принимаются оглядывать горшок: полон ли. Ходит по людям поверье, гласящее, что, «если полезет вон из гнезда Васильева каша — жди беды всему дому!». Не хорошо также, коли треснет горшок: не обойтись тогда хозяйству без немалых порух! Снимут пенку, и — опять новое предвещание: красно каша упреет — полная чаша всякого счастья-талана, белая — всяко лихо нежданное. Если счастливые. приметы — съедают кашу дочиста, худые — вместе с горшком в прорубь бросают. В засевании «Василь-зерна» принимают наибольшее участие ребята малые. Жито — преимущественно яровое — разбрасывается ими по полу избы. Ребята разбрасывают зерна, а большуха — знай подбирает да приговаривает: «Уроди, Боже, всякого жита по закрому, да по великому, а и стало бы жита на весь мир крещеный!» Чем скорее подберет баба, тем будущий урожай спорее! Эти зерна бережно хранятся до посева яровины и подмешиваются в семена. В малорусском краю детвора на Василь-день перед обеднями бегает по селу, ходит по подоконью, рукавами трясет, зерном сорит. При этом иногда распевается и присвоенная обычаю, сложившаяся в стародавние годы, звучащая простодушной верою песенка: