Читаем Нариманов полностью

Вся благонамеренная столичная пресса наперебой кричит о чудовищной дерзости большевиков, взывает к возмездию. Временное правительство не медлит. Особое постановление предоставляет «законную» возможность министру внутренних дел и военному министру отправить съезд в тюрьму. Задержка за небольшим. «Сыщики сбились с ног, — сетует «Вечерняя биржевка», всегда славившаяся своей близостью к полиции и охранке. — Увы! Они не в состоянии найти место, где заседает большевистский съезд». «…Ульянов, именующий себя Лениным, всегда был чрезвычайно умелым конспиратором…» — вторит меньшевистский «День».

Приходится полностью переходить на нелегальное положение. Дважды съезд меняет адрес. Теперь уже в Нарвском районе. Под охраной красногвардейских круглосуточных пикетов обсуждаются судьбы революции. О явке Ленина на суд… О политическом положении… Новой программе… Союзах молодежи…

Третьего августа заседание посвящено «Гуммет».

Юсифзаде, постепенно обретая спокойствие:

— «Гуммет» первый раз появляется на партийном съезде, и потому я позволю себе в кратких словах познакомить вас, товарищи, с нашей организацией и ее историей.

«Гуммет» ведет работу главным образом среди кавказских мусульман, но старается распространить свое влияние за пределы Кавказа, как это было, например, во время персидской революции. Наша организация помогала и литературой, и агитаторами, и добровольцами…

У нас, помимо общих врагов, имеются и свои — темные силы мусульман. С ними нам приходится вести отчаянную борьбу… во всех районах Баку и в уездах — в Шемахе, в Кубе и в других местах. Вокруг «Гуммет» сплотились группы преданных интеллигентов, выделяются сознательные рабочие-мусульмане, которые уже ведут самостоятельную работу. Но должен признаться, что сил мало, а поле деятельности громадное и ответственное. Недавно был запрос из Закаспийского края на агитаторов, на литературу на нашем языке. Поэтому я обращаюсь к вам, товарищи, и говорю: необходима поддержка!

Виктор Ногин на правах старого бакинца оглашает резолюцию: ЦК оказывать «Гуммет» материальную и всякую другую помощь. От имени съезда послать «свой товарищеский привет и поздравление. Первое участие «Гуммет» в работе Общероссийского съезда партии вселяет уверенность в том, что передовые рабочие-мусульмане составляют одну семью со веем пролетариатом России, что они под одним знаменем будут бороться за переход власти в руки рабочего класса».

…В газетах почти одновременно опубликованы два суждения об участи Петрограда, да и всей революции.

Последний председатель Государственной думы, лидер кадетов, дородный екатеринославский помещик Родзянко в газете «Утро России» размышляет: «Я думаю, бог с ним, с Петроградом! Опасаются, что с приходом немцев в Питере погибнут центральные учреждения (то есть Советы и т. д.). На это я возражаю, что очень рад, если все эти учреждения погибнут, потому что, кроме зла, России они ничего не принесли…»

Доктор Нариманов, по терминологии Родзянко «инородец», выступает на страницах «Гуммет»: «В предыдущем номере мы немного занялись «пророчеством»… писали в передовой статье:

«Итак, выходит, что немного спустя какой-нибудь генерал двинет свои войска на Петроград, и, свергнув новое правительство, восстановит старый строй». Эта статья вышла из печати 28 августа в 5 часов вечера. Через два часа было получено сообщение о том, что генерал Корнилов во главе нескольких воинских частей двинулся на Петроград… Зачем? Чтобы погасить надежды всей родины, всех ее наций.

Потоками льется человеческая кровь, в городах и селах население гибнет от голода, младенцы кричат, когда матери дают им грудь, ибо у матерей или не хватает молока, или же оно потеряло свой природный вкус. Этих младенцев может постигнуть более страшное будущее. Мы терпим все это лишь для того, чтобы не погас очаг надежды, чтобы не лишиться своей свободы.

…Говорят, что Корнилов арестован. Но можем ли мы, довольствуясь этим, продолжать заниматься болтовней и играть в прятки? Можем ли снова убаюкивать народ лишь тем, что «социалист» Церетели обменялся рукопожатием с заводчиком Бубликовым на глазах всего контрреволюционного сборища?

Кто же теперь предатель?

Большевики, которые все это предвидели заранее и призывали народ, не поддаваясь на провокации, копить силы, или же те субъекты, которые подбодряли и обнадеживали генерала Корнилова на Государственном совещании в Москве?

Довольно слов! Путь, который мы избрали и по которому мы идем, нельзя запятнать ни с точки зрения науки, ни с точки зрения требований жизни. Светлые убеждения будут жить вечно и укореняться в сознании людей. Они послужат делу укрепления единства наций…»