Читаем Наполеон полностью

Многие участники и свидетели событий размышляли о возможности отречения императора от престола в пользу сына и при регентстве Марии-Луизы. Мог ли Наполеон красиво уйти и тем самым избежать войны? Он выше всего ставил честь нации и считал, что Францию должен возглавлять французский гражданин. Наполеон отвергал возможность регентства, которое поставило бы страну под иностранное влияние.

Пора было вручать знамена с орлами, и Наполеон вновь обрел уверенность жестов и силу своего неповторимого обаяния. Красивым движением он сбросил плащ со своих плеч и поспешил к эстраде, где находились солдаты. Император протиснулся сквозь толпу любопытных и оказался среди своих храбрецов. Солдаты приветствовали его с бешеным энтузиазмом. Рядом с ним стояли министр внутренних дел со знаменем Национальной гвардии Парижа, военный министр со знаменем первого армейского полка и морской министр со знаменем первого морского корпуса. На ступенях стояли офицеры, державшие знамена армии и Национальной гвардии. Император был вдохновителем, дирижером и исполнителем церемонии раздачи знамен. Он обращался с краткими речами ко всем вызываемым воинским частям и вручал им флаги с императорскими орлами. После каждого вручения знамени он немедленно давал приказ военным музыкантам бить в барабаны. Зрители и военные видели человека, который будто вновь обрел почву под ногами.

«А вы, солдаты императорской гвардии, — обратился он к людям, которые никогда его не предавали, — клянетесь ли вы превзойти самих себя в предстоящей кампании и скорее умереть, нежели допустить, чтобы чужеземцы диктовали вашей родине свои законы?»^{198}

Ответом был восторженный многоголосый крик «Клянемся!» Солдаты прошли перед императором церемониальным маршем, и их глаза излучали преданность и отвагу.

Наполеону предстояло пойти на фронт, оставив в Париже враждебную ему палату представителей. Он предпринял попытку выдвинуть Люсьена на пост председателя, но вынужден был снять кандидатуру брата.

2 июня Наполеон утвердил список пэров, а 7-го числа он произнес тронную речь и заявил о начале эпохи конституционной монархии. Император призвал парламентариев к единению. Он обещал, что армия выполнит свой долг, и хотел, чтобы депутаты и пэры также были на высоте положения.

Император все сильнее чувствовал свое одиночество. Рухнули его последние надежды на воссоединение с семьей. Вернувшись к власти, он написал супруге 28 марта:

«Добрая моя Луиза, я — хозяин всей Франции. Народ и армия переполнены энтузиазмом. Так называемый король бежал в Англию. Целыми днями я устраиваю смотры 25-тысячным войскам. Я жду тебя к апрелю»^{199}.

15 мая из Вены в Париж приехал Меневаль, бывший секретарь Наполеона. Он провел с императором шесть долгих часов и рассказал ему правду о внебрачной связи Марии-Луизы. Она отказывалась разводиться с Наполеоном, но предложила ему раздельное проживание. Сын императора жил в фактическом заточении.

Наполеон испытал страшную боль, но смирился со своим положением. Министр внутренних дел застал его в слезах перед портретом жены и сына.

Дворец Тюильри давно стал слишком большим для одинокого человека. Наполеон покинул его в середине апреля и поселился в более уютном Елисейском дворце. Император разместился на первом этаже, рядом с садом. Он приезжал в Тюильри, чтобы присутствовать на воскресных вечерних мессах и давать публичные аудиенции.

Дела семейные заставляли его горевать, дела управления страной приносили сплошные расстройства. Впереди была война, и император не нашел способов ее избежать.

Наполеон и его военный министр Даву проделали колоссальную работу по подготовке к новой кампании. Французы должны были ответить на вызов союзников, готовых двинуть против них минимум восемьсот тысяч солдат. Император и министр смогли создать новую армию, не прибегая к массовой мобилизации. Она была составлена из ветеранов и новобранцев 1815 года (досрочно призванных в 1814 году, распущенных по домам и теперь причисленных к категории военных отпускников). Явились добровольцы, была увеличена численность Национальной гвардии, а моряки, таможенники и полицейские пополнили линейные полки.

Император обычно придерживался наступательной стратегии, и план кампании 1815 года не стал исключением. Театром военных действий должна была стать Бельгия, где концентрировались готовые к войне силы союзников — армии Веллингтона и Блюхера. Наполеон планировал разбить их по отдельности и до подхода русских и австрийцев.

Парламентская оппозиция в Англии протестовала против войны. В палате общин она заявила: «Было бы чудовищно вести войну против нации, чтобы навязать ей режим, которого она не хочет!»^{200} В палате лордов один из ораторов также протестовал против войны, предпринятой ради изгнания человека, которого народ Франции и ее армия избрали хозяином своей судьбы^{201}. Это было мнение меньшинства, которое не повлияло на действия правительства.