Читаем Наносмерть полностью

– Да, Ирина, вы правы! Дважды за историю Каннского фестиваля он не проводился из-за отсутствия средств, однако то, что случилось сегодня, поистине беспрецедентно! Незадолго до начала торжественной церемонии открытия Каннского фестиваля в одной из туалетных комнат дворца сработало взрывное устройство! По трагической случайности, именно в тот момент там находились российские актрисы Елена Пригорова и Анна Захарова! По нашей информации, они после прохождения по красной ковровой дорожке зашли, чтобы оправить перед зеркалом свои наряды. И именно в этот момент и сработало заложенное в туалетной комнате неизвестными взрывное устройство… Елена Пригорова и Анна Захарова погибли на месте. После этого силы службы безопасности и полиции экстренно эвакуировали всех участников фестиваля из дворца. Таким образом, впервые за всю историю Каннского кинофестиваля его открытие не состоялось… – Закончив говорить, Яна выслушала вопрос ведущей и сказала в камеру: – По нашим данным, больше никто из членов российской делегации не пострадал. В момент взрыва в туалетной комнате находились еще три или четыре женщины. Две из них госпитализированы, остальным оказана помощь на месте. Их имена пока не разглашаются властями. Зато известно, что больница, в которую поместили пострадавших, находится под усиленной охраной жандармов. Что же касается второго вашего вопроса, то в интернете действительно появились мнения, что взрыв был устроен французскими крайними радикалами в качестве своеобразного ответа на предоставление российского гражданства всемирно известному актеру Жерару Депардье или с целью не допустить триумфа российской киноленты на фестивале. Французские власти цели теракта пока что не комментируют. Что же касается членов российской делегации, то они шокированы случившимся. Российская картина «Осень императрицы» действительно имела все шансы стать фаворитом кинофестиваля. Однако члены российской делегации единодушны во мнении, что навряд ли таким варварским способом возможно помешать ее триумфу. В специальном заявлении устроители фестиваля сообщили, что, несмотря на то что церемония открытия была сорвана, фестиваль состоится в любом случае.

Дождавшись окончания прямого включения, Яна выдернула из уха микронаушник и устало проговорила:

– В темпе двигаем в отель на интервью, а то опоздаем…

К тому времени, когда Виктор вернулся к Дарье, съемочной группы российского ТВ уже и след простыл.

– Слышали? – спросила Дарья.

– Слышал, – хмуро ответил Виктор.

– И что скажете?

– Телевидению нужен рейтинг. Самый простой способ получить его – ухватиться за сенсацию и обсасывать ее со всех сторон, ссылаясь на мнения из Интернета. Чтобы делать какие-то выводы, нужны точные факты. А их пока что нет…

В этот момент Виктору позвонил Краснов.

– Да, Сергей!

– Тут такое дело… Один из моих знакомых вроде бы раздобыл видео момента взрыва. Есть возможность получить за вознаграждение. Только он хочет очень много…

– Скажи, нет денег!

– В смысле, сбить цену?

– В смысле, необидно послать. Раз он видео продает, то в конце концов продаст. А когда он его продаст, оно по-любому появится в интернете. Причем очень-очень быстро… Так что смысла покупать не вижу.

– Понял!

– Еще что-то есть?

– Пока нет. Другой знакомый сказал, что попробует установить, кто непосредственно занимается расследованием.

– И его тоже пошли, если денег попросит, – сказал Виктор. – Первый секретарь связался с французским МВД и получил для меня контакты – Моник Бриссо и Гастон Лапланш из Центрального управления судебной полиции. Думаю, они непосредственно и занимаются расследованием…

Закончив разговор, Виктор посмотрел на время и поднялся к сидящей на парапете Дарье.

– Так мы ничего не высидим… Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе.

Вернувшись к оцеплению дворца фестивалей, они снова обратились к тому же самому жандарму. Тот снова переговорил с кем-то по рации. В результате спустя каких-то десять минут появился знакомый лейтенант, который провел их к одному из служебных входов Дворца фестивалей. У него стояло с десяток машин и микроавтобусов. Принадлежали они экспертным и минно-взрывным службам.

Здесь лейтенант доложил кому-то по рации. И спустя еще пару минут на крыльцо вынырнула высокая лет тридцати пяти женщина в брючном костюме. По классификации Логинова, она была «девушкой в шиповках». Так Виктор называл профессиональных спортсменок, лица которых от чрезмерных нагрузок неизбежно становились мужеподобными.

– Кто здесь русский полковник? – быстро перевела Дарья брошенную женщиной на ходу фразу.

– Я! – сказал Виктор, извлекая из кармана свое удостоверение.

– Я не читаю по-русски! – остановила его жестом женщина. – Моник Бриссо, Центральное управление судебной полиции.

– Виктор Логинов, управление по борьбе с терроризмом ФСБ! – представился Логинов. – Меня направили для оказания французскому следствию помощи в расследовании!

– Как только она нам понадобится, мы с вами немедленно свяжемся! – кивнула Моник.

– Ну тогда запишите мой номер… – проговорил Виктор и продиктовал номер своего личного телефона.