Пять минут спустя он уже вернулся в свой номер и с порога сказал:

– Хорошие новости, полковник! Только что при попытке передачи взятки должностному лицу было задержано лицо, занимающееся юридической практикой. Должностное лицо – я, занимающееся юридической практикой – адвокат, посланный Копейкиным. Дело находится в производстве ФСБ! В общем, в следственном комитете вашей области на одного Копейкина стало меньше. В связи с чем никаких неприятностей он вашим сотрудникам доставить уже не сможет…

– Серьезно? Так быстро?

– Как получилось… – пожал плечами Виктор. – Главное, что теперь можно сосредоточиться на работе… Этот опер с провалами в памяти, Кисляков, не звонил?

– Еще нет…

– Хреново…

– Перезвонить?

– Смысл? Как что-то узнает, сам сразу сообщит…

30

– Молодец, Кисляков, только в следующий раз давай лучше без самодеятельности! Диктуй номер этого Парамонова и выезжай по адресу… Только без мигалок и пальбы в воздух из табельного оружия! Причалишь за полкилометра, я тебя подтяну по телефону! Уяснил?

– Так точно!

– До связи!

Кисляков оказался неплохим опером. Перезвонив в Ростов, он довольно быстро выяснил, что автомобильного вора, которого он вроде бы опознал по фото, звали Паша Кирза. После этого Кисляков, повинуясь оперскому чутью, связался с капитаном Парамоновым, работавшим в «угонном» отделе областного УВД, и выяснил, что Парамонов около двух недель назад получил от своего информатора сообщение, что тот видел некоего Кирзу в пиццерии «Рома» в обществе местного авторитета Гиви Хромого. Хромой официально был совладельцем пиццерии «Рома» на паях с женой. Неофициально же его считали куратором «автомобильного» бизнеса Волгоградской области. Только не в официальном значении этого слова, а в воровском – в смысле автоугонов и обворовывания автомобилей.

Виктор быстро переговорил с Парамоновым. Тот уточнил детали. Сам Гиви Хромой, по оперативным данным, к угонам и автомобильным кражам непосредственного отношения не имел. Его задача заключалась в том, чтобы следить за порядком и своевременными отчислениями в «общак» с каждого дела в автомобильной «отрасли». То есть, в принципе, он являлся вроде как криминальным налоговым инспектором. Однако было понятно, что Гиви также вылавливал и наказывал «браконьеров». Что было нереально без боеспособной и мобильной группы.

– Хорошо, встречаемся в районе «Ромы»! – сказал Виктор. – Только у пиццерии светиться не надо!

– Ну это само собой, товарищ полковник! – ответил Парамонов.

– На выезд! – бросил Логинов Корняхину ключи от оперативной «Шкоды». – Плюс одна машина с операми!

– Понял! Спецназ подтягивать?

– Пока не стоит! – покачал головой Виктор.

Взяв куртку, он быстро спустился с Корняхиным вниз и уселся на заднее сиденье «Шкоды». Та в сопровождении машины с оперативниками выехала со стоянки и направилась в сторону Волгограда. Движение было довольно плотным, и Логинов велел включить проблесковые маяки под радиаторами машин и сирены.

Сам он, откинувшись на спинку сиденья, обдумывал ситуацию. Связь террористов с чисто криминальными кругами вызывала, мягко говоря, большие сомнения. Из того, что было известно, следовало: Гиви Хромой работает под непосредственным руководством местного смотрящего. А того поставили воры в законе.

Они курировали традиционные виды уголовного бизнеса – в частности, квартирные и автомобильные кражи. И жестко конкурировали с теми же чеченцами. Завязки могли возникнуть разве через наркобизнес, или топливный, или водочный. Но и в этом случае сотрудничество могло носить только временный характер. То есть дагестанцы или чеченцы могли предложить поставку с Кавказа крупной нелегальной партии топлива или спиртного. А воры могли их реализовать через подконтрольные АЗС или торговые точки – за процент от выручки.

Но такие операции носили разовый характер, и каждая сторона преследовала свои цели. Поэтому в причастность Гиви Хромого к взрыву Анжелы Королек Виктору верилось слабо. Тут было что-то другое, поэтому Логинов и решил не пороть горячку.

Прибыв на место, он пересадил Кислякова с Парамоновым в «Шкоду», после чего велел выдвинуться к пиццерии «Рома». Пиццерия располагалась в оживленном месте неподалеку от остановки общественного транспорта. И отлично просматривалась через фасадные окна.

– Ты, Кисляков, выглядывай Пашу Кирзу. А ты, Парамонов, постарайся «срисовать» своих клиентов.

В «Шкоде» был компактный мощный бинокль. Кисляков через него пристально оглядел пиццерию и покачал головой:

– По-моему, Кирзы тут нет…

Виктор хотел было протянуть бинокль Парамонову, но тот покачал головой:

– Не надо! У меня зрение как у летчика – полтора… Гиви Хромой за стойкой говорит с барменшей. Справа в углу играют в нарды его «торпеды» и какой-то приблудный. Судя по жестикуляции, блатной.

Виктор приложил бинокль к глазам. Гиви Хромой имел не очень ярко выраженную грузинскую внешность, скорее всего грузином он был наполовину. Двое из его «торпед» – кавказцы. Третий славянин. Четвертый – приблудный с уголовной жестикуляцией – тоже.

– Ясно… – сказал Логинов.

На самом деле никакой ясности не было.