Без автора

Наказанный сластолюб

«Повесть о том, как Ху Хуань занимался блудом, прикрываясь согласием друга, а монах Ляо Во, погрузившись в созерцание, говорил о воздаянии за добро»

Рассказ тридцать второй из сборника «Чукэ найань цзинци».

Эти стихи принадлежат глубокой древности и написаны мудрецом. Любовная страсть во многом определяет течение человеческой жизни – вот смысл и содержание этих стихов… Все вокруг считают тебя смельчаком, все думают, будто сердце твое незнакомо с жалостью, будто ты способен убить человека не моргнув глазом, – но вот ты увидел девицу с нарумяненным личиком и блестящими, напитанными маслом волосами – оболочку из кожи, налитую кровью и набитую костями, – и ты становишься податливым и мягким, как воск. Вспомните геройские подвиги чуского Ба-вана и ханьского императора Гао-цзу. Они боролись за власть во всей Поднебесной, и что же – первый из них даже в смертный час всеми помыслами своими был с наложницею Юй-цзи, а второго даже хмель не мог заставить забыть о возлюбленной, госпоже Ци.

А если уж и такие герои дали любовным чарам нераздельную над собою власть, что говорить о простых смертных? Удивительно ли, что легкомысленный юноша с горячими чувствами, опьяненный любовью, забывает все на свете и, как говорится, теряет свою душу. Если человек скромен и целомудрен, он гнушается блудодейства, ценит женскую чистоту, и со временем ему воздастся по заслугам. У него появится наследник, он получит высокую ученую степень, разбогатеет, а его потомки станут знатными вельможами. Подобные примеры часто встречаются в различных жизнеописаниях.

И напротив того, если кто растрачивает душу и плоть свою в любовных страстях и не щадит доброго имени мужних жен, он рано или поздно лишится должности и богатства или все возмездие падет на его детей, и даже в загробном мире не найдет он покоя. G ним произойдет то же, что случилось с неким сюцаем по имени Лю Яо-цзюй из округа Шучжоу, который жил на исходе годов Чунь-си [2] в династию Сун. Другое имя этого ученого мужа было Тан-цин. Жил он с отцом, служившим в Пинцзяне. Наступила пора осенних экзаменов, и Тан-цин, пользуясь высоким положением отца, нанял лодку и отправился в Сючжоу на экзамены. Когда лодка отчалила, Тан-цин взглянул на корму и замер от изумления: у кормового весла он увидел очаровательную девушку лет шестнадцати или семнадцати. Вдоль шеи девушки вились тонкие локоны, в глазах таились прелесть и обаяние. Даже простое платье и грубые украшения не могли скрыть изящества ее стана. Стройная, словно ветка дикой яблони хайтан, она стояла у весла и смотрела на воду. Тан-цин не мог оторвать от нее взгляда, сердце его затрепетало. Вскоре он узнал, что эта девушка, так не похожая на других, – дочь хозяина лодки. «Правильно говорит пословица: ясная жемчужина родится в безобразной раковине, – вздохнул Тан-цин. – Так оно и есть». Он очень хотел перемолвиться с красавицей хоть несколькими словами, но ему мешал старик-лодочник, стоявший рядом с дочерью у кормового весла. Боясь, как бы старик не разгневался, Тан-цин принял вид безразличный и скромный и отвернулся. Но время от времени взоры его снова обращались к красавице. Чем больше он смотрел на нее, тем более привлекательной она ему казалась. Он был уже не в силах сдержать нахлынувшее чувство, и вот что он придумал. Он подошел к старику и велел ему тянуть лодку волоком.

– Лодка тяжела и идет очень медленно, так я могу и опоздать, – сказал он.