Читаем Наёмник полностью

Дюмарест согнулся над листком. Сарет хитер. Трудно запомнить пятнадцать соединений, записанных в случайном порядке. Если второй экземпляр не совпадет с первым, это докажет, что порядок неправильный. Если же совпадет, то у него будет исходная точка, с чего начинать работу, если что-нибудь произойдет и он лишится источника информации.

— Дайте посмотреть! — Монтарг вырвал листок. — Они одинаковые? — Оба сосредоточенно сравнивали нацарапанные символы.

Именно этого момента и ждал Дюмарест. Он резко напрягся, твердо уперся подошвами в пол, мышцы бедер и спины хрустнули, когда он попытался освободиться от спинки стула. Дерево разломалось, расшатанное предыдущими ударами, стул распался на несколько частей.

Лишь только прислужник схватил его, Дюмарест поднял руку и с силой воткнул ручку в глаз и в мозг прислужника.

— Нет! — Сарет прыгнул на Монтарга, когда тот вытаскивал лазер из рукава. Если Дюмареста убьют, будет закончена его жизнь, его будущее, его награда — объединение с Центральным мозгом.

— Отойди в сторону, глупец! — Монтарг выхватил пистолет, наводя его на Дюмареста, пока тот освобождался от стесняющих движение пут. — Отойди в сторону!

Он выругался, потому что кибер продолжал загораживать ему цель, и побежал к стулу Виручии, которая тоже пыталась ослабить свои ремни. Дюмарест стремительно бросился к нему. Он увидел, как Монтарг навел пистолет и костяшки его пальцев побелели, когда он нажал на спуск.

Первый выстрел не достиг цели, второй прожег борозду в его плече, и тут же Дюмарест настиг Монтарга и подмял его под себя, левой рукой пытаясь отнять оружие, поднял и отвернул от себя ствол, в то время как Монтарг выстрелил снова. Он услышал шипение сгоревшей плоти и содрогнулся, увидев, как Сарет упал с обуглившейся дырой в бритом черепе.

Дюмарест опустил свободную руку к кинжалу в узорных ножнах, выхватил его так, что солнце блеснуло на лезвии.

— Нет! Пожалуйста, не надо!

— За Виручию, Монтарг, — сказал Дюмарест.

И всадил кинжал ему в сердце.

* * *

В городе царил праздник. На всех домах горели огни, а улицы были заполнены мужчинами и женщинами, танцующими под музыку бродячих музыкантов; на каждом перекрестке раздавали бесплатные угощения и вино. Плывя в воздухе высоко над шумом и суетой, Виручия едва могла поверить, что все это в ее честь.

— Старая традиция, — говорил Селкес. — Каждый новый Владыка должен устроить праздник. Когда Чорзел стал Владыкой, он обещал земельное владение каждому, кто сможет за день добежать до котловины Улам и вернуться обратно. Троим удалось это сделать. — Он помолчал в раздумье. — Это было до того, как он ввел игры.

— Что заставило его сделать это, Селкес?

— Посылать людей умирать на арену? Вы много раз слышали причины.

Дюмарест возразил:

— Им руководил Кибклан. Более важной причины и не надо.

Он сел около навеса, не глядя на остальных, не желая находиться вместе с ними, но Виручия настояла на своем. Она уже целый день была Владычицей, и ей еще предстояло узнать, что власть влечет за собой ответственность. И еще ей предстояло понять, что затаившаяся опасность всегда будет поджидать излишне доверчивых.

— Сарет дал ему плохой совет, — сказал Селкес. — Вы это имели в виду?

— Я имел в виду, что Кибклан преднамеренно старался разрушить этот мир и почти сделал это. Если бы Монтарг стал наследником, им удалось бы это сделать. Да вы и сами это знаете. У вас была развитая культура, но она была подорвана варварским влиянием. Вы путешествовали, Селкес, вы знаете. Немного требуется, чтобы изменить направление развития планеты. Если прекратится торговля, космические корабли не будут прилетать, а без кораблей неизбежен застой. Твоей задачей, Виручия, будет изменение этой тенденции. Закрой арену, или, что было бы лучше, пусть она станет спортивной ареной. Настоящие игры, а не кровавое зрелище.

Дюмарест подумал о Сейдуа. Арена была его жизнью. Ладно, ведь жизнь — сплошная борьба. Он выживет.

— Но почему? — спросила Виручия. — Какова причина, по которой Кибклан хотел изолировать этот мир?

Дюмарест смотрел на звезды; они слегка потускнели от ярких огней города. Но поставленный вопрос вызвал в нем работу мысли. Кибклан ничего не делает без причин. Их железная логика диктовала, что все, что они делают, приближает их к определенной цели, и он знал, насколько они хитры.

Он медленно произнес.

— Это одна из теорий, и не более. Что происходит, когда мир развивается? Увеличивается объем торговли, растет население, постоянно прилетают и улетают космические корабли, если поблизости есть подходящие планеты, они тоже участвуют в прогрессе. По-видимому, Кибклан не хотел жизнеспособной Дрейдеи, в его интересах было избежать прогресса.

А это означает, что организация киберов не желает, чтобы этот сектор Вселенной стал слишком оживленным. Может быть, они что-нибудь прячут здесь? Их цель — изолированный сектор? Мир, который остался бы нетронутым?

Быть может, рядом Земля?

Он сидел на плоту, погруженный в раздумье, а плот тем временем начал снижаться, чтобы сесть у стен знакомого дома.

— Дом, — сказала Виручия, — мой дом.