– Мне кажется, он говорил о нас.

Наин снова и снова захлестывали волны беспокойства, что причиной всех бедствий могла быть ее раса.

<p><strong>Глава 17</strong></p>

Как только занятия в школе закончились, Наин пришла на гору Сонёнсан пораньше, чтобы осмотреться, и увидела, что Сынтэк уже ждет на месте. Пока Наин не подала знак, Сынтэк стоял, погруженный в мысли, сосредоточив взгляд на одной точке. Наин была уверена, что ее вчерашние слова задели Сынтэка так же, как задели ее саму. После них девушка не могла уснуть всю ночь, ворочаясь с боку на бок. Если Сынтэк тоже думал о том, что осветившие землю синим светом инопланетяне, которых Пак Вону видел в детстве, – это Нуубы, и что он становился все более изолированным от общества только потому, что верил в них, и что из-за этого в конечном итоге череда несчастий и трагичных событий привела его к гибели, так и не позволив вернуться к семье, и его тело до сих пор покоится в холодной земле, то наверняка не мог уснуть, как и Наин. Он, наверное, постоянно ворочался в постели, а потом вздохнул и сел на кровати, решив прекратить попытки уснуть. Так поступила и Наин.

Такая правда о Пак Вону и его исчезновении, казалось, ждала, когда она обнаружит эту связь, словно судьба. Наин была уверена, что если вернуться назад, то в начале этой истории обнаружится Сонёнсан, таинственное голубое свечение и маленькая девочка – она сама. Уверенность в этом превратила ее из безответственной девицы, привыкшей реагировать по цепочке «попробую – не получится – и ладно», в того, кто говорит «обязательно», «любой ценой», «нужно сделать».

Глядя прошлой ночью в лицо пораженному Сынтэку, Наин поняла, что сама, должно быть, выглядела так же, когда только услышала эту историю от Сокгу. Он даже спросил, что с ее лицом. Как и Сынтэк вчера, Наин тогда моментально побледнела. Она снова и снова, как некомпетентный, неуверенный в себе детектив, спрашивала Сокгу, правда ли это. Если бы это были просто слухи, которые распустили, чтобы оправдать ненависть к Пак Вону, она могла бы от них отмахнуться, но Сокгу сказал, что слышал это от него. Сам он никогда не видел, чтобы Пак Вону читал фантастические романы или любил подобные фильмы, но иногда тот покупал странные журналы об инопланетянах и говорил, что среди людей могут быть пришельцы. Сокгу особо не беспокоили эти реплики, но он беспокоился из-за слухов и однажды решил поговорить об этом с Пак Вону.

Так он узнал, что каждый раз, когда Пак Вону говорил об инопланетянах, другие ребята смеялись за его спиной. Сам Вону понимал, почему они так реагируют. Ему столько лет, а он до сих пор верит в такие глупости? Из-за этого люди, которые едва его знали, говорили, что он проблемный парень и лучше с ним не связываться. Скорее всего, на него очень давили, ведь в старших классах надо было заниматься только учебой. Наверняка даже его отец, видя, что Пак Вону, будучи уже взрослым, интересуется такими странными вещами, расстраивался.

Наин пыталась представить себе выражение лица Пак Вону, когда он слышал такие слова. Было трудно, ведь она видела его лицо только на фотографии на листовке, но, вероятно, оно было похоже на ее собственное лицо, когда она слушала Сокгу. Значит, выражение Пак Вону было таким же, как у Сынтэка. Он тоже не верил в услышанное. Но не мог сказать это вслух и в конце концов замолчал. Странно, что существуют вещи, о которых можно говорить, но нельзя утверждать их существование. В ту ночь после слов Сокгу Наин до рассвета думала о выражении лица Пак Вону и о его существовании. И о внешнем мире. Рассказы о существах, пришедших с другой планеты или находящихся за пределами Земли, ходили повсеместно, но люди обсуждали их как небылицы. Хотя существование инопланетян возможно, признать это казалось стыдно, неловко, незрело и нереалистично. Верить в такое считалось допустимым только до определенного возраста.

Наин вспомнила момент, когда впервые услышала голоса растений и когда увидела, что из ее пальца проклюнулся росток. Однажды она узнала, что ее сущность, которая, как она считала, ничем не отличается от сущности ее друзей, на самом деле представляет собой совсем иное. Подумав об этом, Наин осознала, что ее судьба должна была быть связана с той, что была у Пак Вону. То, что видел Пак Вону, должна была видеть Наин, и то, что помнил он, должна была помнить она. Истина, которую искал Пак Вону, должна была быть ее. Пока Чжимо по своим причинам не рассказывала Наин правду, Пак Вону знал ту истину, которую должна была знать она. И поэтому он умер. Наин понимала, что это преувеличение – считать, что знание секретов мира было единственной причиной его смерти, но чувствовала, что этот аспект его смерти имел значение. Если бы она знала, он бы не умер. Ей казалось, что Пак Вону погиб просто из-за того, что узнал о существовании расы инопланетян. Из-за знания, из-за любви к чему-то, из-за веры в то, что мир не признаёт, из-за желания исследовать запретное… Думать об этом на рассвете было мучительно.