Сергей Редбер

Награда

Всё чаще шли затяжные дожди, размывая дороги и затапливая лужами лесные тропинки. Скоро придут первые холода. Деревья ещё стояли густо усеянные жёлтыми и красными листьями. Айга шла, аккуратно обходя лужи, стараясь чтобы сарафан не запачкался грязью. Ее бусы светились золотом. А на кожаном поясе висел небольшой нож для сбора трав и несколько мешочков.

Скоро состоится главный осенний праздник. Тогда она как верховная жрица возглавит обряд благодарности весеннему светилу, испросит благословения у богов, и возложит ритуальные подарки солнцу: кружку эля, каравай (хлеба), запечённого на углях, гуся и копчёную рыбу. Несмотря на ее старания, красные сапожки из мягкой кожи всё же запачкались. Айга поморщилась.

Осенний денёк выдался тёплый. Вокруг никого не было и Айга подумала, что с удовольствием пробежалась бы как в детстве на четырёх лапах. Если бы не одежда. Маленьким лисятам до восьми лет разрешалось бегать на четвереньках сколько угодно. Малышня весело носилась целыми днями, порой полностью уделываясь в грязи. Вечерами родители загоняли малышей в речку и заставляли отмывать, испачканную шерсть.

Она помнила, как было весело и сколько радости приносили эти игры.

Тогда ещё жив был Тей. По мордочке прокатилась слеза. Затем ещё одна и ещё. Лисица оглянулась по сторонам.

Бывает так что боль утраты погасла, уснула где-то в глубине души, но вдруг почувствуешь родной запах, увидишь место, где вы были счастливы и слёзы сами наворачиваются на глаза. Боль вновь просыпается.

Вот и сейчас она смотрела на то самое место, где они любили гулять вдвоём. На тропинку, между берёзами, где начинался путь в священную рощу, заросшую по бокам малиной. По которой они когда-то гуляли вечерами и терлись носиками.

Но его не стало…

Во время обряда посвящения, лисы и лисички собирались на поляне, недалеко от реки. Там их должны были разделить и отвести к своим местам инициации.

Вечером на закате, девушки в белых рубахах и длинных серых юбках, с венками в волосах, стояли на берегу реки, держа в руках зажжённые свечи. Им предстояло отдать почести Майре — богине плодородия. Когда солнце садилось, они бросали венки в воду, а затем вставали вокруг священного знака — круга с четырьмя квадратами внутри, оплетенными шипастыми ветками. Внутри каждого квадрата был изображён лист дуба. По сигналу девушки ставили свечи внутрь, а затем держась за руки, начинали водить хоровод. Жрица молилась рядом. Когда знак начинал мерцать серебряным светом, молодые лисички запевали старинные песнопения.

Полная луна вышла из-за леса, осветив священную поляну. На речной глади проступала полупрозрачная серебряная дорожка, по которой из ночной тьмы медленно шла к берегу женщина, сотканная из лунного света

Испытанием юношей была охота. Будущих охотников отправляли глубоко в лес, без припасов и оружия. Где они должны учились выживать, пробуждая своё истинное я. Внутреннего зверя. Дикого охотника.

Молодые лисы также были одеты в ритуальную одежду — белую рубаху, и узкие серые порты. У кого-то на поясе даже висел прикрепленный амулет, подаренный близкими наудачу.

Раздалась команда жрицы и лисы и лисички запели песню прощания. Сегодня дети умрут, а в род вернуться уже взрослые полноправные члены стаи.

Внезапно из-за кустов малины, окружавших поле, раздался жуткий рёв. Огромный черный силуэт бросился вперёд, прямо девушек.

Охотники быстро вскинули луки и выстрелили. Стрелы вошли в толстую шкуру чёрного медведя, но остановить не смогли. Он бежал прямо на замерших от страха молодых лисичек, с ужасом смотревших на него. Ярко-красные глаза, перекошенная рёвом морда, из огромной пасти капала слюна. Шерсть местами вырвана.

Охотники поняли, что стрелы не помогут. Они выхватили копья и бросились наперерез. Но видели, что не успеют. Зверь непременно разорвёт или задавит нескольких лисиц.

От группы мальчиков медведю наперерез метнулась огненно-рыжая стрела. За секунды преодолев расстояние между ними. Тей прыгнул, метя в шею монстра. И попал. Он знал, что прокусить такую толстую шкуру не получится. Но надеялся, что инстинкт зверя заставит его переключить внимание на угрозу для жизни. А девушки тем временем успеют убежать. Тея мотало из стороны в сторону с чудовищной силой. Но он всё сильнее сжимал челюсти, попутно стараясь царапать когтями. Секунды превратились в бесконечность. Он слышал крики охотников уводящих женщин, рык медведя и плач лисичек. Чувствовал пульс в голове, стучавший как барабан жрицы.

Он получил удар колоссальной и понял, что умирает. Но лишь сжал челюсти сильнее. В голове звучала мысль: "Не отпускать. Ведь она там".

Подбежавшие охотники вонзали копья снова и снова, пока медведь не упал. Раздался вой смертельно раненного зверя, и медведь упал на землю. Жрицу и ее подопечных успели увести.

Охотники с трудом перевернули тушу и увидели, что Тей так и не разжал челюсти. Им пришлось срезать часть шкуры, чтобы снять его тело. До позднего вечера охотники стерегли Айгу, рыдавшую над телом жениха.