Читаем Нафаня полностью

Едва Нафаня окреп и набрался сил для полета, они отправились восвояси, сделав небольшой крюк для того, чтобы проведать Гошу. А он стал личностью известной, и найти его оказалось не сложно. Крокодилу попугайчатина пришлась по вкусу.

Покончив с ним, друзья вернулись домой, благополучно подведя черту под нафаниной африканской эпопеей.

Вторжение

(таинственные сны)

Мой очередной визит к бабке не сулил ничего необычного. Но оно было — в поведении Нафани. Его словно подменили, он стал неразговорчив, лишь изредка появлялся из своей щели. На мои вопросы отвечал односложно, «да» или «нет», но большей частью отмалчивался. Я перестал узнавать некогда жизнерадостного, а теперь угрюмого и нелюдимого домовенка.

До позднего вечера я изводил себя догадками, что же произошло, отчего изменился мой друг. Ответа не было, и я прекратил мучить себя бесполезными вопросами, на которые не знал ответа.

Я последовал мудрой пословице, придуманной древними. «Утро вечера мудренее», — гласила она, и вскоре по дому разносился мой молодецкий храп.

Сон первый. Сборы

И приснился мне сон, удивительно правдоподобный, больше походивший на явь. Снилось, что я стал маленьким и пушистым, а моя физиономия, случайно увиденная в зеркале, была точной копией Нафани, такая же вечно самодовольная и плутоватая. И сижу я на печи, занимаясь очень важным делом, — навожу красоту.

Я нашел применение куску ржавого напильника, найденного в куче разной рухляди в бабкином сарае. Старушка такая растяпа, вечно теряет, а порой просто не замечает валяющиеся под ногами ценные вещи, такие как эта.

Еще немного, и неряшливо обгрызенные ногти приобретут благопристойный вид, и мне не стыдно будет показаться и в самом изысканном нечистом обществе. Чем ближе к концу подходила работа, тем на душе становилось светлее и радостнее. Я даже принялся насвистывать опереточный мотивчик. Но его пришлось прервать, вместе с обработкой последнего ногтя.

Причина, — письмо, возникшее из ниоткуда и опустившееся мне на колени. Писем я не получал ни разу. Что-то случилось в сказочном мире, иначе бы не стали оповещать меня столь официальным способом. Письмо вскрыто, глаза принялись скользить по строчкам написанного. И чем дальше я читал, тем выше поднимались от удивления брови и сильнее сжимались кулачки.

Случилось страшное и непоправимое. Война! Нечисть из заморских стран нарушила сказочную границу, и, сметая на своем пути немногочисленные богатырские дружины, рвалась к Лукоморью. В связи с этим Временный Военный Совет во главе с лукоморским Котом призывает всех обитателей русских сказок объединиться и дать отпор вероломному врагу.

Но это было не все. Помимо письма, в конверте находилось еще и официальное предписание, приказывающее в течении 24 часов прибыть на лукоморский сборный пункт для зачисления в формирующийся авиационный полк, на должность стрелка-истребителя. При себе иметь самое необходимое, включая запас продуктов на три дня.

Сборы были недолгими. Через полчаса я отбыл в указанное место, а еще полчаса спустя прибыл в Лукоморье.

Заголосивший на бабкином подворье петух пробудил ото сна, но я еще долго лежал в кровати, осмысливая приснившееся.

День прошел без происшествий. Я много читал, бродил по лесу, купался в пруду, с нетерпением ожидая темноты и снов, в продолжении которых я не сомневался. И я не ошибся.

Сон второй. Сражение

Спустя двое суток показался неприятель. Его полчища двигались к сказочной столице, оставляя позади пепелища и руины. Впереди вражеской армии мчались в ступах и на метлах ведьмы, асы вражеского флота, с которыми нам суждено было вступить в единоборство.

Силы неприятеля не пугали. Мы были на родной земле и верили в победу.

Наш авиаполк устремился в сторону врага, и закружилась в небе над головами противоборствующих армий гигантская карусель смерти.

Распарывали воздух вспышки пулеметных разрывов, разлетались в стороны сломанные метлы и куски древесины, отколотые от добротных ступ. Ежеминутно воздух с надсадным воем прорезала наша, а чаще вражеская ступа, вошедшая в смертоносное пике, выбыв из боя.

Мой корабль, ведомый родной старушкой ведьмой, был недосягаем для залпов противника, и он разил! Сперва я считал их, с воем проносившихся мимо навстречу земле, но потом, сбившись со счета, бросил это занятие. А вскоре нам пришлось туго. Целый рой вражеских летательных аппаратов отсек нас от товарищей. Все теснее кольцо вокруг нас, все ближе смертоносные блики. Вспышка и удар. Тряхнуло так основательно, что я на мгновение потерял сознание, а когда пришел в себя, то увидел как стремительно и неотвратимо приближается земля.

Правая рука горела как в огне, хотелось пить и… спать. Просто закрыть глаза и уснуть, но земля становилась все ближе и ближе. Нажатие кнопки — и резкая, упругая сила выбросила меня из горящей, покореженной ступы. Кровавый туман застлал глаза. Но прежде чем надолго отключиться от этого мира, я увидел себя со стороны: маленький серый комочек, окровавленный и обожженный, бессильно поникший на парашютных стропах.

А бой продолжался.