Читаем Наемник полностью

Понятное дело, что сверхсовременного или просто тяжелого вооружения мощнее автоматических гранатометов среди позиций, предлагаемых самим ЦС, просто нет, но и ископаемым дерьмом динозавра их ассортимент не назвать. К тому же кроме собственных товаров на его площадке можно приобрести трофеи наемников, среди которых чего только не попадается, и вот на это бэу никакие ограничения уже не распространяются. Хоть батарею дальнобойных орудий продавай-покупай, никто слова не скажет, хотя отметочку в досье, конечно, поставят. И, разумеется, Центр снимает с таких сделок свой посреднический процент.

Есть у него и еще одна статья дохода. Когда наемник решает завязать со своим небезопасным ремеслом, ему приходится делать выбор: либо уезжать на территорию СБТ, либо избавляться от снаряжения и оружия, запрещенного к обороту и использованию на территории России. И вот тут вновь появляется ЦС, готовый приобрести все то барахло, что наемнику не протащить через фильтры… по остаточной стоимости, конечно. В общем, неплохо устроился этот самый Центр. Даже завидно немного.

Разговор с Любомиром, упорно открещивавшимся от обращения на «вы» или по имени-отчеству, затянулся на добрых три часа. И если бы не необходимость сопроводить Георгия до «Борея», наверняка продлился бы до позднего вечера. Но время, время не ждет, и мы, распрощавшись со словоохотливым дядькой, отправились в обратный путь. Рогов улетел в Кострому, а я, забрав из аэродина полупустую сумку с вещами, вернулся в Рахов.

Отыскать здесь недорогую гостиницу оказалось несложно, спасибо все тому же Любомиру, при прощании подсказавшему приличное место для ночлега. Так что уже через час я сидел на открытой веранде небольшого гостевого дома, расположившегося на взгорке среди частных владений местных жителей, и любовался на открывающийся панорамный вид. Горы, Тиса и отражающийся в ней желтый свет уличных фонарей на набережной. Этим теплым вечером даже неумолкающий шум железнодорожной станции на противоположном берегу казался уютным, почти умиротворяющим. Понимаю Рогова, в такой атмосфере трудно поверить, что находишься в одном из самых буйных городов «цивилизованного» мира. Пусть на окраине, пусть отсюда до СБТ рукой подать, а три четверти жителей Рахова составляет наемничий люд, в это просто не верится. Ну никак!

Сидя за столиком, я черкал в найденном в номере тонком блокноте, набрасывая планы на следующий день, и потягивал совершенно умопомрачительный кофе, под который даже не тянуло закурить. Табачный дым и кофейный аромат до этого момента казались мне двумя частями одного целого, но, попробовав предложенный барменом напиток, я даже не стал тянуться за сигаретами: портить такой вкус дымной горечью было бы настоящим кощунством! Вот, кстати, второй раз за этот день я пью кофе и второй раз изумляюсь вкусу. Надо будет завтра прошвырнуться по городку и проверить в других кафе, совпадение это или здешние жители просто знают какой-то секрет приготовления моего любимого напитка.

Допив чашку, я ради шутки внес в список дел появившуюся идею и, вздрогнув от разнесшегося над тесниной низкого «паровозного» гудка, бросил взгляд на послушно высвеченные коммуникатором часы. Однако время к полуночи, пора бы и в номер вернуться. Почитаю на сон грядущий присланный Бестужевым доклад от его людей, наблюдающих за похождениями учениц, и баиньки. Завтра будет долгий и суматошный день, поиски, встречи, переговоры… а как финал – поход в гости к недавнему знакомцу, и чую, вопросов у меня к нему будет о-очень много. А значит, нужно хорошенько выспаться.

Любомир Стенич задумчиво тянул дым из глиняной «сопелки», уставившись куда-то в пустоту. Взгляд отставного майора был почти мечтательным, что тут же заметила его жена. Илона подсела на лавку к мужу и, выхватив из его руки курительную трубку, выжидающе уставилась на Любомира.

– А? Что?.. – Взгляд бывшего командира наемничьего отряда тут же потерял «нездешность». Мужчина крутанул головой и, заметив суровое выражение лица любимой супруги, неслышно вздохнул.

– Что опять случилось, Любомир? – не став держать паузу, спросила жена с вновь прорезавшимся акцентом, что, как успел выучить за прошедшие двадцать шесть лет супружеской жизни Стенич, было верным признаком раздражения когда-то лучшего снайпера его отряда.

– Ничего, совершенно ничего, – помотал он головой.

– Кого ты хочешь надурить, старый? – протянула женщина. – Рассказывай!

– Но ведь в самом деле ничего не случилось, – искренне ответил тот. – Просто встретился сегодня с одним интересным человеком.

– Тьфу ты, я уж думала, ты какую-то авантюру затеял, – облегченно вздохнула Илона. – А оказывается, это твой «коллекционер» снова проснулся.

– Какие авантюры в нашем возрасте, милая?! – возмутился Стенич… И спустя секунду понял, что допустил страшную ошибку. – Э-э…

Но исправить ее бедолага не успел.

– В нашем возрасте? – интонацией выделила женщина первое слово, а в темных глазах блеснули искры гнева. – Хочешь сказать, я старая, да? Пенек ты трухлявый!

– Илоночка, я…