Читаем Над полем боя полностью

Тактическая мудрость командира нашего прикрытия состояла в том, что он не дал противнику втянуть себя в бой, отвлечь от основной задачи. Расчетливым, метким огнем истребители всякий раз отбивали атаки «мессеров», пытавшихся приблизиться к штурмовикам со стороны солнца…

В перерыве на конференции ко мне подошел летчик и весело спросил:

— Ефимов?

— Да, — отвечаю.

— А я — Пылаев!

Такой была наша первая встреча на земле.

С Пылаевым — одним из лучших летчиков-истребителей фронта — и его ведомыми наша эскадрилья сделала около тридцати успешных боевых вылетов.

Пилотировал он отлично, как положено истребителю. Часто менял направление полета. В воздухе был немногословен. Отдаст короткую команду и замолчит. Голос всегда уверенный и спокойный. Такую команду нельзя не выполнить.

Мне хотелось тогда спросить Евгения, как он, такой здоровяк, помещается в тесной кабине истребителя. Хотел, но не решился, посчитал неудобным. А Пылаев посмотрел на меня с озорной улыбкой и добродушно заговорил:

— Рад познакомиться в спокойной обстановке. А то все время фашисты мешали. Между прочим, я люблю прикрывать горбатых! Скорость у них хорошая. И работа получается… С огоньком!.. — Он поднял кулачище-кувалду и резко опустил. Скоро им жарко будет!

Уже тогда у этого летчика было свыше трехсот боевых вылетов. В воздушных боях он уничтожил пятнадцать вражеских самолетов. Победы, одержанные Пылаевым, свидетельствовали о том, что он настоящий мастер маневра и огня.

Случалось, в совместных полетах держать с нами зрительную связь истребителям мешала облачность. А в воздухе порой было много групп штурмовиков. Но и в этих случаях Пылаев отлично ориентировался в обстановке и никогда не терял нас. Конечно, и штурмовики увереннее чувствовали себя над целью, когда знали, что прикрывают их отличные ребята.

Только после того как мы заруливали на свои стоянки, истребители, качнув крылом, энергично взмывали над аэродромом и таяли в вышине. А мы желали нашим боевым друзьям благополучной посадки.

В ноябре 1943 года две эскадрильи нашего полка наносили штурмовой удар по вражеской обороне. К этому времени мы уже накопили достаточный опыт ведения боевых действий. Любой летчик полка знал, где следует искать зенитные батареи и танки противника, его артиллерию и минометы, вражеские опорные пункты. Штурмовики успешно выполняли поставленные перед полком задачи, действуя по боевым порядкам войск противника, переправам, железнодорожным узлам и эшелонам.

Этот опыт убеждал нас, что в тактике нет шаблона. Каждый последующий вылет даже по одной и той же цели не бывает точно похож на предыдущий. И это потому, что быстро меняется фронтовая обстановка, она в постоянное динамике: перемещается передний край, меняются силы и средства противника, его боевые порядки, усиливается или ослабевает огневое противодействие над объектами.

И вот мы в составе двух групп над полем боя. Линия боевого соприкосновения проходила по песчаному мелколесью, вдоль и поперек изрытому старыми и новыми окопами и траншеями. Каких-либо заметных ориентиров на местности не было.

Нам нужно определить, где свои, а где противник. Но напрасно штурмовики ожидали, что наша пехота обозначит себя белыми полотнищами, сериями ракет укажет направление атак. Так и не дождались летчики сигналов от своих наземных подразделений. Пришлось самостоятельно осуществлять поиск целей. Не так-то просто наносить удар по противнику, зная, что рядом находится свой мотострелковый полк. Бойцы и командиры, несомненно, обязаны были в этом случае проявить более высокую активность, постараться установить связь со штурмовиками, обозначить свое расположение.

Капитан Анатолий Васильев поступил тактически грамотно. Возвращаясь из боевого вылета, он увидел танковую колонну противника и всей группой нанес по ней удар. Несколько вражеских машин загорелось. Но колонна все-таки не была уничтожена. У штурмовиков кончились боеприпасы. После боевой работы Васильев собрал группу для следования домой. Вдруг летчики увидели на марше наш артиллерийский полк. Пушки были прицеплены к тягачам, колонна находилась в походном положении. Артиллеристы отдыхали, сидя в кузовах и на станинах орудий.

Штурмовики тут же развернулись и стали в круг. Ведущий качнул крылом, и летчики по очереди стали пикировать в направлении противника, давая понять артиллеристам, что враг близко.

Артиллеристы сразу поняли сигналы штурмовиков — заняли огневые позиция и изготовились к бою.

Такая взаимная выручка часто помогала нам сообща одерживать победы над врагом.

В конце января при выполнении очередного полета был тяжело ранен мой воздушный стрелок. А случилось это так. О готовящемся боевом задании личный состав полка узнал накануне. Наша эскадрилья должна была лететь двумя группами на штурмовку опорного пункта противника в районе местечка Замостье.