Читаем Над полем боя полностью

— Это хорошо, товарищ Ефимов, что так думаете. Значит, понимаете, какая трудная предстоит работа. — Командир полка сделал небольшую паузу и добавил: Трудная потому, что уже сегодня надо вести эскадрилью в бой.

В этот день нам было приказано наносить удар по переднему краю перешедшего к обороне противника. Несмотря на интенсивный зенитный огонь гитлеровцев, штурмовики заставили замолчать три артиллерийские батареи фашистов. От точного попадании осколочно-фугасных бомб, сброшенных Васильевым и его ведомым, взлетел на воздух вражеский командный пункт.

Повторяем заход. Слышу по радио знакомый голос Селиванова:

— Получайте, гады! Это вам за капитана Малинкина!

Летчики действовали дружно, напористо, удачно используя эффективные тактические приемы. С хорошим боевым настроем, без потерь возвратились наши группы на аэродром.

Итак, мой первый вылет в качестве командира эскадрильи прошел успешно. Кажется, мои боевые товарищи поверили в меня. Но я думал тогда о том, что командирский авторитет не вручается вместе с назначением на должность, его нужно заслужить и постоянно подтверждать в жестоких схватках с коварным и лютым врагом. Война не давала нам скидок на молодость.

После вылета в эскадрилье состоялось открытое партийное собрание. Повестка дня: об авангардной роли коммунистов в наступательной операции. На это собрание пришел весь личный состав подразделения. Расположились прямо на самолетной стоянке.

— Прошу почтить вставанием память товарищей, павших при выполнении боевого задания! — сказал председательствующий.

В минуту молчания мы вспомнили боевых друзей-однополчан, тех, кто еще недавно вместе с нами сражался против ненавистного врага: Малинкина и Смирнова, Иванова, Немиря и Резодуба. Завтра мы пойдем в наступление, погоним противника с советской земли, а наши боевые друзья, до конца выполнившие свой воинский долг, останутся здесь, на орловской земле. Но их славные дела навсегда войдут в историю полка, память о них сохранят однополчане, продолжающие сражаться за правое дело.

С докладом на собрании выступил капитан М. Пицхелаури. Он рассказал, какая обстановка сложилась на нашем фронте.

— Выдохся фашист, — резюмировал он, — теперь мы переходим в наступление, и нас уже не остановить!

Два года прошло с тех пор, как гитлеровская Германия подло и вероломна напала на нашу Советскую Родину. В ходе сражений наши армия и флот нанесли врагу огромный урон в живой силе и технике. На советско-германском фронте немцы потеряли большую часть своих лучших дивизий и опытные офицерские кадры.

Полностью провалились авантюристические планы гитлеровцев, рассчитанные на порабощение народов Советского Союза. Подорванной оказалась и промышленно-экономическая мощь фашистской Германии. На оккупированных врагом территориях разгорелось пламя партизанской войны. За два года боев окрепли и закалились, приобрели опыт наши бойцы и командиры. Вся страна сплотилась в единый боевой лагерь.

— А каков наш вклад в общее дело победы? — задал вопрос капитан Пицхелаури.

Докладчик и выступившие потом коммунисты-летчики вспомнили самые трудные налеты на аэродромы Орел, Шаталово и Сеща, штурмовые удары по переднему краю противника. Каждое выступление было коротким и звучало как призыв — отдать все силы на разгром врага.

Отличный боевой заряд получили мы на собрании. Как все-таки вдохновляли нас на дела ратные такие вот фронтовые коммунистические летучки! Побыли вместе, обменялись мнениями, и у каждого сразу сил поприбавилось. Решение собрания состояло из одного пункта. Его запомнили наизусть: коммунистам эскадрильи показывать личный пример в боевой работе и вести за собой всех воинов.

К. И. Орлова

Долго заседать на фронте не приходилось. В любую минуту могли дать команду на очередной вылет, а нам надо было еще потренироваться в кабинах, снарядить в полет три штурмовика, возвратившихся в строй из ремонта. С энтузиазмом все принялись за дело. Вместе с техническим составом трудились летчики и воздушные стрелки. Крепкие, здоровые хлопцы брались за самую трудную работу.

Засучив рукава, вместе со всеми трудился и капитан Пицхелаури. Нравился нам этот политработник. В комсомольские годы он получил хорошую рабочую закалку в железнодорожном училище, на строительстве тбилисского путепровода. Затем окончил Брянское военно-политическое училище и был направлен служить в авиацию.

Став заместителем командира эскадрильи по политчасти, Михаил Пицхелаури все время стремился летать за воздушного стрелка.

— Зачем тебе летать? — спрашивал командир эскадрильи. — В воздухе же не проведешь партийное собрание. И беседу — тоже! У меня в экипаже есть воздушный стрелок, а ты делай свое дело на земле.

— Я и делаю свое дело, — невозмутимо отвечал политработник. — Но для того, чтобы хорошо его делать, надо быть вместе с людьми там, где труднее. Мне не по рассказам нужно знать, кто как воюет.