И я почти сделал то, что задумал. Мне всего доли тины не хватило, чтобы, отогнав сожаления, закрыть эту страницу своей жизни раз и навсегда. Но тут вдруг от Ули пришла на редкость яркая, окрашенная в тревожные тона и похожая на росчерк молнии мысль. За ней пришел страх. И целый калейдоскоп эмоций, среди которых я сумел разобрать паническое: «Стой! Нельзя! Свои!»

Я как ошпаренный обернулся и как раз успел увидеть, как жутковато побелело лицо обреченного парня и как внезапно выцвела, поплыла нанесенная на его скулы татуировка. Одновременно с этим его тело изломалось, стало каким-то угловатым и не таким массивным. После чего до моего слуха донесся звук ломающихся костей. Плоть под одеждой явственно зашевелилась. Черты лица парня начали стремительно меняться. Повисший на нем тряпкой плащ мгновенно стал ему велик, как, впрочем, и остальные вещи.

А спустя всего несколько тин, во время которых я стоял как громом пораженный, невидимый кокон с тихим щелчком раскрылся, и оттуда мне под ноги рухнул совсем не тот человек, которого я там запер. Теперь вместо мускулистого и крупного парня был худой, покрытый мелкими бисеринками пота, скрученный болезненной судорогой подросток с тонкими чертами лица, короткими разлохмаченными волосами цвета спелой пшеницы и большими серо-зелеными глазами, в которых плескался целый океан мучительной, вызванной чересчур стремительной сменой матрицы и подозрительно знакомой мне боли.

Совсем еще молодой паренек…

Хотя нет, какой паренек – девчонка! Причем, судя по отсутствию крови и ран, это был ее истинный облик.

– Не убивай… – стоя передо мной на коленях, повторила она хриплым от боли голосом. После чего пошатнулась, коротко выдохнула и потеряла сознание.

Глава 16

Признаться, мне еще ни разу не доводилось оказываться в ситуации, в которой так много зависело от одного-единственного слова. Скорее всего мне бы даже никто не помешал, если бы я решил закончить все так, как планировал. Но Ули ведь не зря всполошился, правда? И он не просто так придержал мою руку?

Поэтому после мгновенного колебания я все же передумал, а вместо того, чтобы добить беспомощную девчонку, наклонился, поднял ее с пола и, усадив в стоящее у окна кресло, приложил пальцы к бьющейся на шее жилке.

Живая. Измученная, ослабленная, осунувшаяся, с истончившейся кожей и резко заострившимися скулами, которые наглядно доказывали, что девушка находится на грани истощения. Но все-таки живая.

Услышав за спиной непонятный звук, я обернулся и, встретившись взглядом с раскрасневшимся ниисом, у которого даже вены на висках вздулись от напряжения, избавил его от кляпа. И благодарно кивнул, когда тот, не тратя время на ругань, шумно выдохнул:

– Исцеляющий амулет! В стене справа! В сейфе!

Я чуть повернул голову:

– Брат?

Первый, бесшумно скользнув между неподвижными людьми, одним ударом лапы разнес фальшивую стенку и, выдрав оттуда небольшой железный сейф, вторым ударом вспорол его, как лев – брюхо неудачливой лани. Железо с устрашающим скрипом разошлось в стороны. Затем образовавшуюся дыру нурр расширил зубами. После чего принес всю связку нашедшихся внутри амулетов мне. А когда я выбрал из них нужный, ниис запоздало вскрикнул:

– Блокираторы!

– Они уже неактивны, – отозвался я, вкладывая в руки девушки исцеляющий амулет. – Ничего страшного. Аура слабая, но целая. А вот со сменой матрицы леди, конечно, поспешила.

– Это ее третья матрица за год, – напряженно сообщил ниис. – Она еще с прошлого раза не успела нормально восстановиться. Три матрицы даже для молодого и полного сил изоморфа – это много.

– Вы поэтому так долго сомневались в отношении меня?

– Да. Ты меняешь матрицы поразительно легко. И настолько часто, что это выглядит невозможным. Это почти исключило тебя из списка возможных подозреваемых, и только на днях мы получили однозначные доказательства, что ты действительно изоморф. А заодно пришли к выводу, что у тебя есть неизвестный нам способ восстановиться. То ли артефакт, то ли природная особенность.

Я с сомнением уставился на полулежащую в кресле девушку:

– Кто она вам?

– Дочь. Приемная… да сними ты с меня уже эти треклятые путы! – неожиданно не выдержал ниис, после чего я подумал, все взвесил – и действительно избавил присутствующих от неудобств. В комнате почти одновременно раздалось три облегченных вздоха. Тогда как Шаран, едва почувствовав свободу, кинулся к креслу и, буквально упав на колени, схватил беспамятную девушку за руку. – Лоорг, у тебя еще амулеты есть?!

– Внизу. На кухне. Я сам схожу! – торопливо добавил он, когда Первый выразительно тронул лапой обезображенный сейф.

«Ули, проследи», – молча велел я улишшу, временно передумав кого-либо убивать, но пока еще не доверяя никому из присутствующих полностью.

Первый после этого без звука ушел на изнанку. Отпрянувший в сторону Рез приглушенно выругался. Лоорг озадаченно крякнул, однако за амулетом все-таки пошел. Шаран только недобро покосился в мою сторону. А подобравший из горы железок свое оружие мастер Тан задумчиво обронил: